— … и нелюди взрослые.
Не знаю, зачем я это ляпнула. Не было же никакой в этом необходимости, да и смысла тоже не было.
Однако следователя это проняло. Нет, он, конечно, пытался удержать маску безразличия на лице, но глаз отчего-то задергался.
Я мысленно хихикнула, поздравив себя с небольшой победой — все-таки сумела довести Рэндррэна…. Правда, лучше бы я это не делала, потому следователь с дергающимся глазом значительно хуже, чем следователь без дергающегося глаза.
— Значит так, — рявкнул он таким тоном, что подскочила уже не только я одна, но и Танн. — Если вы сейчас не выполните моё приказание, уже завтра до всего персонала станции будет доведена вся правда насчёт вашего семейного положения. И не до персонала, как вы понимаете, тоже.
Следователь покосился на меня.
— Так что готовься к милым беседам с Нарвэ Крашр — они будут сопровождать тебя весь оставшийся срок работы на станции.
Я поежилась, уже в красках представляя себе, как это будет. Старая грымза меня поедом съест. Без соли и хрена — заглотит и прожует.
— Господин Рэндррэн, это похоже на шантаж, — попытался все перевести в шутку Танн.
—Это похоже на приказ, — ощерился следователь. Он кивнул Танну. — У тебя есть пять минут, чтобы собраться.
Танн, покосившись на меня, осторожно протянул.
— Но ведь на станции нет лишних комнат… нам просто некуда разъехаться.
— Комната семнадцать, она по другую сторону коридора. — Рэндррэн довольно улыбнулся. — Эта комната свободна.
Танн пораженчески кивнул.
— Тогда…
—Четыре минуты.
Танн, откинув одеяло, поднялся — он спал без майки, в одних боксерах. Поймав мой взгляд, Днарр шутливо поиграл мускулами на публику.
— Назад, — внезапно рявкнул следователь. Танн послушно вернулся в кровать. Рэндррэн, не дожидаясь этого, тут же покосился на меня.
— Переезжаешь ты.
Я абсолютно не понимала, что происходит. Что же это творится, а? Покосилась на Танна, который осторожно пожал плечами.
— Я жду, — снова рявкнул следователь. Он вообще нормально разговаривать умеет?
Памятуя о его словах насчет волос, я решила сначала по-быстрому заплести косичку. Только-только подняла руки вверх, как следователь…
Рыкнув что-то себе под нос, он тут же приказал.
— Ты остаешься. — Покосился на Танна. — Ты — на выход. И без шуточек.
Мы с Танном обеспокоенно переглянулись. В комнате стояло такое напряжение, как будто… одного из нас прямо сейчас должны были казнить.
«Какое там у радскаров наказание за нарушение норм морали?» — подумала я, следя за тем, как Танн быстро, в полном молчании, напяливает на себя униформу.