Почему так долго? Защитники обычно справлялись за несколько минут, выкидывая случайно забредших тварей за пределы лагеря. Или в этот раз нет никаких случайностей и произошло что-то серьезное?
Головой я понимала, что надо сидеть и не высовываться, но что-то внутри меня гудело, сжималось, подталкивая к необдуманным поступкам. Например, выйти из безопасной комнаты, чтобы узнать, как обстоят дела…
Я пыталась удержаться на месте, убедить себя в том, что не надо туда идти, не надо путаться под ногами, но желание узнать, что происходит в Дестине оказалось сильнее.
Отыскав в одном из ящичков маленький складной нож, которым пользовались для чистки фруктов, я сунула его в карман платья, потом накинула на плечи серую неприметную кофту и выскользнула из комнаты. Едва за мной прикрылась дверь, как по спине поползли ледяные мурашки. На лестнице было темно. Скудный свет пробивался сквозь единственное окно на втором этаже, и снизу, из-под общей двери. Я начала спускаться, вздрагивая каждый раз, когда под ногами пронзительно поскрипывала ступенька. Было страшно, но я продолжала спуск, стараясь не обращать внимания на то, как сердце рвалось из груди. Потому что неизвестность еще страшнее.
Возле выхода замерла. Прислонилась ухом к двери, пытаясь услышать, что происходит на улице. У самого дома было подозрительно тихо, но вот откуда-то издалека доносился разноголосый шум, треск и громовые раскаты.
Я аккуратно приоткрыла дверь и выглянула на улицу, готовая в любой момент ринуться обратно в безопасную комнату. На площади не было ни одной живой души. Тусклый свет фонаря едва справлялся с темно-серой мглой ночи, опустившейся на лагерь, а в домах напротив ни в одном окне не горел свет. Все будто притихли, притаились, напуганные ревом сирены.
Превозмогая волнение я вышла на крыльцо и осмотрелась по сторонам, лелея тщетную надежду увидеть хоть кого-то, узнать, как дела. Однако за те пять минут, что нерешительно топталась возле двери, так никто не появился. Надо было возвращаться или идти дальше. Я выбрала второй путь.
Сделала первый шаг и вздрогнула, едва успев зажав себе рот руками, чтобы не закричать во весь голос. Из проулка между домами не торопясь выскользнула страшная тень. Я не сразу поняла, что это просто лошадь, с оборванным недоуздком. Она невозмутимо посмотрела на меня грустными карими глазами и так же неторопливо побрела дальше.
— Хорошая лошадка, — прошептала я, едва дыша, — только зачем так пугать?
Она тихо всхрапнула в ответ и пошла дальше по своим лошадиным делам.