Щеки вспыхнули, я не выдержала, отвернулась, чтобы наткнуться на такой же ожидающий, нетерпеливый взгляд Лореса и мечтательную улыбку. Он уже успел избавиться от рубашки, и от вида обнаженного торса с рельефными мышцами внутри все сжалось от прилива желания. Не сводя с меня взгляда, Лор встал и положил руки на пояс штанов, демонстративно облизнувшись.
— Начинай, Яночка, — прожурчал он, медленно расстегнув первую пуговицу.
Оооооо. Неееет, не закрою глаза, пусть смущение и заполнило до краев, смешавшись с остальными эмоциями. Хочу видеть. Не мечтать теперь, а видеть. И плевать, насколько развратно все выглядит, я… я очень испорченная девочка. Ведь именно такое представляла тогда, ночью, и не только это. Пером завладел Эрсанн, и мягкие прикосновения переместились на грудь, раздражая и без того слишком чувствительные соски, вызывая болезненные вспышки удовольствия. Мои пальцы неторопливо скользнули между влажных складочек, погладили, по телу прокатилась первая сладкая волна, от которой мышцы сжались, усилив ощущения. Даааааа… Глаза Лореса вспыхнули, дыхание участилось, и с остальными пуговицами он справился очень быстро. К моей большой радости. И к его, о чем свидетельствовал представший мне во всей красе напряженный член. Вспомнила его бархатистость, как чутко реагировал на мои прикосновения… Пальцы чуть нажали на заветный бугорок, и с губ сорвался короткий стон. Шквал эмоций закружил, поглотил без остатка, в нем утонуло и смущение, и толика стыда — кого стесняться, Яночка, все уже давно свои и знают о тебе такое, что и близким подругам не рассказывала.
Лор одним гибким движением скользнул обратно на кровать, устроившись между моими ногами, сев по-турецки. Его взгляд не отрывался от моей руки, продолжавшей двигаться, ласкать, и от нараставшего напряжения тело задрожало, выгнулось, я потерялась в урагане ощущений. А уж когда ладонь Лореса обняла, медленно скользнула вверх-вниз по напряженному стволу… Ааааа… Я охнула в голос, захлебнулась вдохом, пальцы свободной руки судорожно стиснули покрывало. Лицо пылало, я купалась в остром наслаждении, задыхалась от нахлынувших чувств. Люблю, хочу, черт возьми. Обоих. Мои движения ускорились, я стремительно приближалась к желанной грани, за которой нет ничего кроме всепоглощающего удовольствия, но… Эрсанн вдруг с тихим смехом перехватил мою шаловливую руку, поднес к губам… Облизал палец, одновременно лаская тонкую кожу запястья, пощекотал языком подушечку.
— А дальше только с нами, Яночка, — бархатный шепот отозвался на натянутых нервах тихим звоном, и в следующий момент Эрсанн отстранился, а его сын подался вперед, накрыв меня своим телом.