Дальше все было знакомым: пещера, огромный пульсирующий камень, тихий равномерный стук. Он снова звучал у меня внутри, просил, умолял, требовал. И я сдалась. Подошла к камню, приложила к нему ладони и замерла, сраженная тем, что увидела. Внутри, в самой сердцевине, виднелась огромная плита — древняя, отполированная до блеска, похожая на те, что когда-то давно для жертвоприношений использовали. Вокруг нее стояли курильницы с дымящимся фимиамом, а в воздухе, прямо над плитой, парил большой изогнутый нож.
«Помоги!» — услышала я беззвучный крик, и в душе что-то дрогнуло, отозвалось на этот призыв. Я снова закрыла глаза и попробовала посмотреть на камень внутренним зрением. Преграда исчезла. Я протянула пальцы к сверкающему ножу, коснулась криво изогнутой ручки, и… в ту же секунду какая-то неведомая сила отбросила меня назад, поволокла и выкинула из тоннеля, и я очутилась в том самом каменном мешке, в котором меня оставил Владко.
Штефан
Он торопился. Тащил по двору мерзкую бабу, а сам ругал себя на чем свет стоит. Не уследил. Подставил девчонку под удар, не подумал, что на ней отыграться могут. А этим тварям все мало. Не смогли его извести, так за служанку взялись, ни в чем не повинную душу погубить решили.
Штефан скрипнул зубами. Рагж! За то время, что его не было, Белвиль превратился в настоящее змеиное гнездо. Не замок предков, а вертеп разбойников!
Он завернул за угол и вышел к спуску в подземелье. Дверь в подвал была распахнута. Плохо. Значит, где-то в тайных ходах девчонку закрыли, а их под замком столько, что и за сутки не обойти. Дед когда-то показывал ему старые замковые коридоры, но предупредил, что большинство из них ловушками да тупиками заканчиваются.
Штефан нахмурился.
— Ну? — встряхнул он Салту. — Где девчонка?
Копна испуганно охнула, но ответить не успела.
— Ваше сиятельство! — послышался голос Бранко. Звучал он так радостно, что Штефан удивленно оглянулся и увидел торопливо пересекающего двор друга. — Ваше сиятельство, парни наши приехали, — подходя ближе, доложил Бранко, и он почувствовал, как на душе, впервые за последние дни, светлее стало.
— Где они?
— На конюшне, лошадей распрягают.
Друг кивнул на Салту и спросил:
— А с этой что? Чего она как студень трясется?
— Бери парней и бегом в подземелье, — не ответил на его вопрос Штефан. — Эти изверги девчонку там заперли.
— Илинку? — потемнел лицом Бранко.
— Да. Ты Владко нашел?
— Нет его нигде. Стражники ищут.
— Плохо, — процедил Штефан, снова почувствовав навалившуюся тьму. — Ладно, иди за парнями, а я пока сам…
Он не договорил, толкнув домоправительницу к спуску в подвал.
— Я быстро, милорд, — откликнулся Кражич, но Штефан его уже не слышал. Вслед за Салтой он спустился в подземелье и зажег прихваченный с собой факел.