Я терпеливо ждала, пока он подумает. Про себя-то я уже твердо решила, что и минуты лишней в замке не останусь. Не отдадут документы — так уйду, лишь бы от арна подальше.
— Выходит, влюбилась все-таки? — тихо спросил дан Кражич и повернулся, пристально вглядываясь мне в глаза.
Я не шелохнулась.
— А если я тебе предложу остаться со мной? — напряженно произнес он.
Я вздрогнула от неожиданности и почувствовала, как щеки опалило жаром. Это что же, меня теперь доступной считают? Шлюхой, которой все равно, с кем спать?
— Не бойся, не обижу. Все у тебя будет — и деньги, и одежда справная, и жизнь сладкая.
Я посмотрела на дана, вскочила со стула и бросилась к двери. Мать-Создательница, стыдно-то как! Неужто всякий теперь во мне только гулящую девку видит?
— Стой! — крикнул дан Кражич. — Да стой же ты!"
"Он легко догнал меня и дернул за руку.
— Дурочка, ну куда ты пойдешь? Ты хоть понимаешь, как опасно за стенами замка? Да тебя ведь любой обидеть может, а ты даже ответить не способна!
Он встряхнул меня, пытаясь заглянуть в глаза, но я вырвалась и прислонилась спиной к стене, вытянув руку и не позволяя дану приблизиться.
— Значит, все решила, — понял управляющий.
Он постоял немного, глядя на меня с высоты своего роста, а потом резко развернулся, подошел к шкафу, порылся в нем и вернулся, неся в руках мои документы и какой-то мешочек.
— Вот, держи, — протянул их мне. — Твои бумаги и деньги, что за два года работы причитаются.
Лицо его потемнело, болотная зелень глаз подернулась ледяной коркой.
— Только зря ты бежишь, — голос управляющего звучал надтреснуто. — От себя ведь все равно не уйдешь.
Он махнул рукой и уставился куда-то поверх моей головы, а я глядела на могучую фигуру управляющего, на руки его мозолистые, к мечу привыкшие, на простое, дышащее силой лицо… И так мне его жалко стало! И рану, что женской рукой нанесена была и до сих пор кровоточила, как свою ощутила.
Не сдержав эмоций, подошла к дану и погладила его по плечу.
— Что? — посмотрел он на меня. — Пожалела? Не нужно.
Управляющий криво улыбнулся и накрыл мою ладонь своей.
— Береги себя, девочка, — тихо сказал он. — И от дознавателей подальше держись, они по всей округе рыщут, легкую добычу ищут.
Дознаватели… А ведь они под арна копают. Повод хотят найти, чтобы его уничтожить.
Я вернулась к столу и дописала на обороте листа все, о чем меня Зданич спрашивал. А потом свернула бумагу и подала ее управляющему.
— Что там? — спросил он, но я показала, что это не срочно, и поклонилась.
— На кухне еды собери, передай, что я разрешил, — сказал дан Кражич и добавил: — Что ж, прощай, Илинка. Вряд ли когда увидимся.
Дан порывисто обнял меня и подтолкнул к двери, а на меня такой тоской повеяло, что горько стало. Хороший человек дан Кражич.