В своем прошлом теле сделать это ей было трудно, поскольку ее лицо от рождения обладало отталкивающей хищностью. Острый взгляд на вытянутом лице чаще пугал людей, чем располагал к беседе. Даже красивая улыбка не всегда помогала.
Здесь все было иначе.
Полетта имела притягательную внешность. С лицом сердечком, обаятельными веснушками, пухлыми губами и завораживающими голубыми глазами, она выглядела живой и милой.
Но Полина опасалась, что теперь, когда внутри этого тела другая душа, невинное обаяние Полетты сойдет на нет.
Она очень надеялась, что люди не станут слишком присматриваться, довольствуясь милой внешностью.
— Ох, я о сыне господина, — ответила Бригид слегка скованно.
— Он от… — с намеком начала Полина, не желая пока менять тему.
— «От»? — кухарка на нее посмотрела непонимающе, а потом, осознав, что имелось в виду, торопливо покачала головой. — Нет, нет, он не от госпожи. Он… незаконнорожденный.
— Понятно, — Поля кивнула и не стала спрашивать дальше.
Судя по тому, как выглядела Бригид, ей не нравилась тема разговора.
Интересно, почему?
— Думаю, уже готово, как считаешь? — вместо того чтобы продолжить расспросы, произнесла Полина и встала со своего места.
Кухарка сразу оживилась.
— Да, должно быть, — согласилась она и вытащила большую тарелку.
Отдав причитающуюся часть Бригид (чуть больше, чем договаривались изначально), Поля положила остальное в глубокую тарелку и залила бульоном. Получилось внушительное количество. Любому стало бы понятно, что хрупкая девушка столько не съест.
Кухарка посмотрела на это с вопросом в глазах.
— Возьму с собой. Мне завтра предстоит много работы. Моя комната ближе, чем кухня, — объяснила Полина.
Бригид некоторое время сидела молча, а потом бросила на нее понимающий взгляд.
— Правильно. Тишка вечно по ночам на кухне шарится. Ничего оставить нельзя, — проворчала она и добавила на поднос Полине пару лепешек и небольшую крынку с молоком.
— Будет тяжело, — предупредила она.
— Справлюсь, — уверенно выдала Полина и поблагодарила кухарку, когда та открыла для нее двери.
До комнаты графа Поля добралась без происшествий. Хотя, признаться, в полутьме особняк выглядел жутковато, учитывая, что никакого освещения, кроме сумрачного света, льющегося в окна, не было.
— Я вернулась, ваше сиятельство, — дала о себе знать Полина, когда вошла в комнату. — Простите, что долго, но в доме совсем не было мяса, — пояснила она свою задержку.
Затем Поля поставила поднос на стол и зажгла стоящую на нем свечу.
