Ночной викториной начинается роман Димы и приезжей в Москве девушкой из другой реальности. В ярких огнях рекламы она словно заблудшая бабочка попадает в город с невероятными возможностями. С его помощью, она выходит на новый уровень своих потенциалов, открывая двери к неожиданной любви и самопознанию....
И зачем нам с папой такой огромный дом?! Только чтобы теряться и прятаться!
Голоса мужчин слышались и на улице, дом ходил ходуном.
Я задумалась. Папа почти сразу вернул ребенка Максу, потому что был важный звонок. Джулия едва топала, далеко бы она не убежала. Неужели украли? Какой кошмар! Даже думать не хочу.
А если она сама спряталась, значит, где-то рядышком, но там, где много-много интересного. А где у нас самое интересное место? Правильно! Возле рояля.
Я влетела в зал, когда малая шкодница методично расшатывала и так едва живую ножку инструмента, который, будто огромный монстр, скрипел и выл от возмущения.
Треск и грохот стоял такой, что я почти оглохла, но Джулия хохотала и хлопала в ладоши. Через несколько секунд, будто на крыльях, в комнату ворвался Дэми. Лицо его, белое, как мел, застыло, глаза, казалось, метали молнии. Он быстро осмотрел меня и малышку:
– Не ранены? – И тут же рявкнул: – Зачем держать в доме старую рухлядь!
– Это же рояль! Он должен прежде всего звучать, а не светиться лоском! – парировала я.
Он посмотрел на обломки и проворчал:
– Мы же на нём недавно… А если бы он под тобой тогда развалился?
Мне оставалось только засмеяться.
Следом вбежал Максимилиан, быстро оценил обстановку и убрал пистолет. Сухо кивнул мне:
– Извините, куплю новый.
Судя по тону, эту фразу ему произносить было привычно. Видимо, малышка частенько чего-нибудь ломает.
Маленькая кудряшечка потерла глазки кулачками, а потом смешно уткнулась мне в шею носом, что-то забормотала на своем, а я погладила ее по спинке и уставилась на Дэми.
– Это был раритет, который любил стоять на всех своих ногах, – и чихнула, отчего Джулия тихо засмеялась и, схватив мои волосы цепкими пальчиками, потащила их в рот. – Ой, кажется, ей пора к маме, – я хотела встать, но поняла, что хорошо ушибла ногу, когда падала, и без помощи не смогу. Только сейчас до меня дошло, что спасая чужого ребенка, могла потерять своего.
Стало страшно, колючки ужаса побежали по спине и сковали горло. Но я понимала, что сделала бы тоже самое, случись это снова.
Когда Максимилиан забирал ребенка, я старалась не выдать дрожь рук и губ и даже поулыбалась вслед непоседе. Мы остались одни с Дэми, я перевернулась на другую сторону и оценила ушиб. Синяк багровел на все бедро, но еще сильнее побагровел мой Защитник, когда подошел ближе.
