Ночной викториной начинается роман Димы и приезжей в Москве девушкой из другой реальности. В ярких огнях рекламы она словно заблудшая бабочка попадает в город с невероятными возможностями. С его помощью, она выходит на новый уровень своих потенциалов, открывая двери к неожиданной любви и самопознанию....
Это брызги… Пуля попала в Прэскота, – комиссар проверял Дрэйку-младшему пульс.
– Уйди, – я невидяще посмотрел на друга.
Плевать, что там с Прэскотом, мне нужно немедленно доставить Еву в больницу. Убедиться, что она выживет… Внутри всё переворачивалось от одной мысли, что моей крошке сделали больно. Хотелось убивать, но я думал лишь о том, чтобы дождаться вертолёта.
Устроив бесчувственную Еву на пассажирское место и пристегнув ее, я вышвырнул пилота из кресла, на что Честенер сдержанно улыбнулся.
Олби кричал, чтобы мы не ждали, что Прэскота отвезёт другой вертолёт, но я и не собирался ждать. Я уже поднимался. Макс хлопал меня по плечу, убеждал, что всё обойдётся. Я же до смерти боялся обернуться, посмотреть на бледное лицо Евы. И одновременно умирал, как хотел увидеть её.
Время полёта почти умертвило меня, я едва ощущал своё тело, когда нёс Еву по белоснежному коридору лучшей клиники города. Раскидал охрану, напугал медсестёр, растерянно посмотрел на сломанную иглу, что торчала в моём плече: мне чего-то попыталась вколоть? Или вкололи?
Рывком вытащил ещё две и, уже теряя сознание, подумал с яростью: успели.
Глава 71. Дима
– Дэми…
Ева улыбалась мне. Танцуя, она соблазнительно покрутила попкой, обтянутой тонкой тканью шорт и, обернувшись вокруг себя, поманила меня пальчиком.
– Дэми! Мишка Винни!
Я судорожно вдохнул и, распахнув глаза, с горечью осознал, что это сон.
– Ева!
– Сядь, – попытался усадить меня Макс. – В порядке она, жива. Не ранена. – Я грозно посмотрел на Честенера, и друг расхохотался. – Уговорил. Идём. Покажу.
Я быстро осмотрел небольшую комнатку с диваном, на котором только что, накачанный слоновьей дозой успокоительного, спал, как поверженный лев, а потом спешно вышел следом за Максом в светлый коридор.
– Не бойся, милашка, – со смехом сказал шарахнувшейся от нас медсестре Макс и подмигнул: – Мишка больше не буйный.
– К ней нельзя, – девушка изо всех сил пыталась выглядеть строгой, но у неё не очень хорошо получалось. – Угроза выкидыша…
– Что?!
Мир внезапно покачнулся, и я, с усилием восстановив равновесие, поднял взвизгнувшую медсестру и, убрав с дороги, поставил у стены, а сам распахнул дверь палаты.
