Афганистан, где стены бараков звенели от долгого времени, а свет в ночи был лишь отражением оранжевых фонарей, ярко выделяющихся на фоне темной дуги горизонта. Среди ровных рядов стрелков и радистов капитан Неверов выходил из модуля с холодной воды, словно оттуда искалеченная ткань полотенца только что обдувалась ветром. На нем были спортивные брюки и кроссовки — готов он был к любому происшествию на этой войне....
00 Неверов бросил в эфир:
– Верба! Я – Овод, как слышишь меня, прием?
Подполковник Вараксин ответил через полминуты:
– Я – Верба, слышу тебя, Овод, хорошо!
– Примите доклад, Верба! Овод вышел в заданный район боевого применения строго по графику! Проведена первичная разведка местности. На настоящий момент провожу рассредоточение подразделения для решения главной задачи. Как поняли меня, Верба?
– Понял тебя, Овод! Продолжай проведение всех необходимых подготовительных мероприятий! Связь держим по необходимости! Для информации, Грот также вышел на рубежи подготовки активных действий по графику.
– До связи, Верба!
– До связи, Овод!
Закончив плановый доклад командиру батальона, руководящему действиями роты и отдельного взвода против бандформирований Рахима и Нурияра, командир первой роты повернулся к подчиненному взводному:
– Продолжай, Славик!
Макеев закончил доклад.
Неверов проговорил:
– Что ж, позиция для уничтожения отряда духов неплохая.
Командир взвода сказал:
– Не вижу причин, которые вынудили бы главаря духов что-либо менять в порядке построения каравана.
– Ты не видишь, я не вижу, а Нурияр может думать по-другому. И перестраховаться при подходе к кишлаку Гуликар.
Макеев заметил:
– У капитана Капуряна опытные бойцы.
– И опытные бойцы, Славик, иногда допускают ошибки.
Старший лейтенант доложил:
– Сержанта Ушакова, командира третьего отделения, и пулеметчика рядового Каррыева.
– Угу! Согласен. Значит, отправляем на восток Ушакова с Каррыевым.
