Афганистан, где стены бараков звенели от долгого времени, а свет в ночи был лишь отражением оранжевых фонарей, ярко выделяющихся на фоне темной дуги горизонта. Среди ровных рядов стрелков и радистов капитан Неверов выходил из модуля с холодной воды, словно оттуда искалеченная ткань полотенца только что обдувалась ветром. На нем были спортивные брюки и кроссовки — готов он был к любому происшествию на этой войне....
– Но раз влюбился…
– И этого не говорил!
– Да ну тебя, Володь, нормально базарить не можешь?
– Вот что, Иван, давай договоримся: не надо обсуждать мои дела. Не надо строить догадки, предположения. И Зинаиде передай мою большую просьбу не распространяться среди баб местных о моей гостье. Хорошо?
– Хорошо-то хорошо, но где ты видел, чтобы бабы язык за зубами держали? Их же хлебом не корми, а дай посплетничать.
– Ты просьбу передай.
– Да передам, передам! И сам молчать буду.
Не успел Лопырев зайти в дом, как к воротам усадьбы Неверова подъехал милицейский «УАЗ».
– Здравствуйте еще раз, Владимир Дмитриевич!
– Здравствуй, Леша!
Неверов пожал протянутую руку и спросил:
– Что за новость ты мне привез?
– Здесь на улице обсудим или во двор пройдем?
– Пойдем во двор, а то вон Лопырь за нами смотрит. Пить он бросил!
Участковый удивился:
– Лопырь – и бросил пить?
– Да!
– Свежо предание, да верится с трудом!
– Я поверил!
– Ну, тогда зима точно без снега будет!
– Ты проходи во двор.
Неверов и Крабов вошли на территорию усадьбы, присели на скамейку у тротуара.
Участковый снял фуражку, причесал непослушный чуб.
– Новость у меня, Владимир Дмитриевич, для вас хорошая!
– Ты, Леша, кота-то за хвост не тяни.
– В общем, начальство приказало снять с вашей усадьбы наблюдение.
– И чем объяснило это?
– Тем, что не подтвердилась информация по наркоте. Треухова отозвали в Переслав!
– Значит, ты вновь приступил к исполнению своих прямых обязанностей участкового?
– С субботы приступаю! А завтра должен убыть в город на двухсуточные сборы.
Неверов взглянул на Алексея:
– На сборы, говоришь? Это обычные для вас мероприятия?
– В том-то и дело, что нет. Нас, конечно, периодически собирают в учебном центре, но на один день: физподготовку проверить, пострелять в тире, различные приказы и инструкции довести, и, как правило, летом. В июне прошли такие сборы, и вдруг вновь учеба.
– Может, решили послать на Кавказ?
– Нас, сельских участковых, туда не отправляют. По крайней мере, от нашего отделения еще ни разу никого не посылали. Да СОБР областной второй месяц находится в Ингушетии. Нет, Кавказ отпадает!
– Ну, тогда, видимо, начальник УВД решил себя проявить. Показать, кто в доме хозяин. Не вижу в этом ничего странного. И уж тем более страшного.
