Афганистан, где стены бараков звенели от долгого времени, а свет в ночи был лишь отражением оранжевых фонарей, ярко выделяющихся на фоне темной дуги горизонта. Среди ровных рядов стрелков и радистов капитан Неверов выходил из модуля с холодной воды, словно оттуда искалеченная ткань полотенца только что обдувалась ветром. На нем были спортивные брюки и кроссовки — готов он был к любому происшествию на этой войне....
– Не беспокойтесь, Вячеслав Александрович, все сделаем в лучшем виде!
– Мне бы твою уверенность. Но… ладно, продолжай пока наблюдение. Выдвижение к объекту и его обработка по моей дополнительной команде. Следующий сеанс связи ровно в полночь!
Не успел Слепнев отключить телефон, как наблюдавший за бандитами капитан Писарев нажал клавишу вызова Неверова на своем мобильнике.
– Да, Юра?
Писарев, как и ранее, говорил шепотом:
– Только что старший банды выходил с кем-то на связь. Видимо, получил приказание ждать, так как боевики остались на прежних позициях и явно не собираются идти в усадьбу!
– Я понял тебя, Юра! Спасибо!
Приняв доклад Писарева, привыкнув к темноте, Неверов подозвал к себе участкового:
– Ты как, Леша?
Крабов ответил:
– Нормально!
– Спокоен, это хорошо! Я возвращаюсь наверх, готовлю спальню к приему «гостей», ты находись в гостиной.
– Понял!
Неверов позвал собаку:
– Рик!
Пес тут же вырос у левой ноги хозяина.
– Пойдем, Рик, сегодня тебе предстоит посидеть на цепи.
Владимир закрыл овчарку в кладовой.
"Неверов поднялся на второй этаж. В спальне разобрал постель. Достал из шкафа два надувных матраца, которыми пользовался летом, загорая на воде открытого бассейна. Сложил их и положил под одеяло. Отошел к двери. Со стороны кровать смотрелась так, будто на ней спят двое человек, укрывшись одеялом.
Неверов набрал номер Обухова:
– Леня? Как дела?
– Да какие тут дела, командир? Дела впереди. Вот прикидываю, как взять Макеева?
– И что надумал?
– Пока вариант один: выбить дверь и дальше действовать по обстановке.
