Афганистан, где стены бараков звенели от долгого времени, а свет в ночи был лишь отражением оранжевых фонарей, ярко выделяющихся на фоне темной дуги горизонта. Среди ровных рядов стрелков и радистов капитан Неверов выходил из модуля с холодной воды, словно оттуда искалеченная ткань полотенца только что обдувалась ветром. На нем были спортивные брюки и кроссовки — готов он был к любому происшествию на этой войне....
Практика же показывает, что в случае неожиданного обстрела, наносящего существенный урон, моджахеды не только не сохраняют организованность и управляемость, а, напротив, начинают паниковать, метаться в секторе обстрела, тем самым обрекая себя на полное уничтожение. Банда идущего к кишлаку Гуликар полевого командира Нурияра в этом смысле ничем не отличается от других бандформирований душманов. Следовательно, если мы сразу выбьем духов сорок, что вполне под силу двум полноценным отделениям, то исход всей боевой операции можно будет считать предрешенным.
Сержанты одновременно ответили:
– Так точно!
– Вопросы ко мне есть?
Командиры отделений переглянулись.
Ответил сержант Васильев:
– Да все ясно!
– Значит, так, сейчас бойцам ужин, после чего рассредоточение и подготовка позиций.
– Есть!
Командиры отделений ушли в свои подразделения.
Старший лейтенант Макеев вышел на связь ровно в 22.00. Сообщил, что место для поста раннего обнаружения противника подобрано в пятистах двадцати метрах от основных позиций взвода. Обнаружен и подходящий спуск отделения в ущелье, частично проходящий по неширокой трещине, что позволяло бойцам самую сложную часть спуска преодолеть скрытно для врага.
Командир роты спросил:
– На камни уложил спать ребят?
– Здесь между валунами песок. За день он прогрелся так, что еще долго будет отдавать тепло. Ну, а утром холодно никому не будет.
– Плановый подъем личного состава отделения в 6.00!
– Принял!
– В 6.
