Она пьет, приподнимается на локте, горестно вздыхает.
– Не надо было мне мешать, я бы ее прикончила.
– Вас саму едва не прикончили. Вы чуть не погибли из-за нехватки юмора.
– Зачем вы спасли Мари-Анж?
– Вы сами ее спасли, вспомните. Вы ринулись вниз и предотвратили выстрел.
– Я должна была сразиться с ней на равных. Я хотела сама с ней расправиться.
– Очередное ваше мудреное словечко!
– Личный враг, оправдание вашего существования, если вам так больше нравится.
– А кто ваша Немезида?
– Тенардье, жалкое создание.
Лукреция Немрод делает глубокий вдох и все припоминает.
– Вы спасли фотоаппараты и видеокамеры?
– Нет. Я вам говорил, на первом месте у меня всегда живые существа.
– Значит, все пошло прахом!
Исидор Каценберг идет за мокрым полотенцем и кладет его ей на лоб.
– Нет, расследование продвигается. Пока вы отвлекались на Мари-Анж, я рылся в кабинете Тадеуша.
– Ничего. Но мое убеждение окрепло.
– Можно узнать, каково ваше умозаключение, мистер Холмс?
– Вы согласны, что текст из синей шкатулки смертелен?
– Этого я не говорил. Я сказал лишь, что в это верите не вы одна. В инопланетян, допустим, тоже верите не вы одна. То, что многие верят в одну и ту же галиматью…
– Знаю я эти ваши фразочки на все случаи жизни! «Если ошибающихся много, это не значит, что они правы».
Она садится удобнее, подперев спину подушками.
– Так или иначе, наше расследование продолжается. Дальше предстоит выяснить: 1) Кто убил Дариуса? 2)…
– Тадеуш, – спешит с ответом он. – Он унаследовал империю Возняков.
– Он стоял рядом с гримеркой и не мог быть грустным клоуном, он бы не смог войти, пожарный и телохранитель его заметили бы.
– Грустный клоун – один из его людей, переодетый в «розовый костюм».
Зеленые глаза Лукреции Немрод смотрят в его карие глаза.
Пожав плечами, она неожиданно встает, идет в ванную и там запирается.
– Остается небольшое затруднение, – сообщает он, повысив голос.
– Какое? – спрашивает она через дверь, подражая его голосу.
– Люди Тадеуша обязательно нас отыщут.
Она решает применить шампунь с ромашкой, осветляющий волосы и придающий им блеск.
– У вас есть предложения, Исидор?
– Лучшая оборона – нападение. Если я прав и у них есть BQT, мы ее у них похитим. Это их главное оружие, и я, кажется, знаю, где они его прячут.
– У себя во дворце. В «Версале».
В Италии комическая мода того времени носила имя «Комедия дель арте», буквально «театр, где играют актеры»). Ее ввел в XVI веке Анджело Беолько, желавший показать мир селян. Потом жанр развился и обрел самостоятельность.
Пьесы комедии дель арте игрались перед простонародьем на площадях и на рынках, на наскоро сколоченных подмостках, служивших сценами для странствующих трупп. Эффективность комедии дель арте определялась несколькими элементами.