Автор
Журналисты Лукреция Нимрод и Исидор Каценберг расследуют смерть комика Дариуса по прозвищу Циклоп. Они обнаруживают, что за трагедией стоит таинственное сообщество GHL и опасное явление смеха. Их расследование приводит к открытию загадочных событий вокруг смерти и смеха.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Смех Циклопа»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Журналисты Лукреция Нимрод и Исидор Каценберг расследуют смерть комика Дариуса по прозвищу Циклоп. Они обнаруживают, что за трагедией стоит таинственное сообщество GHL и опасное явление смеха. Их расследование приводит к открытию загадочных событий вокруг смерти и смеха.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Журналисты Лукреция Нимрод и Исидор Каценберг расследуют смерть комика Дариуса по прозвищу Циклоп. Они обнаруживают, что за трагедией стоит таинственное сообщество GHL и опасное явление смеха. Их расследование приводит к открытию загадочных событий вокруг смерти и смеха.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
У него случались приступы благородства и великодушия. Когда ему нравился артист, он мог обеспечить ему блестящее будущее. Он помогал благотворительным организациям, ничего не ожидая взамен, даже не говорил об этом прессе.
– А еще он воровал чужие скетчи и забирал себе «бесхозные» шутки, чтобы выдавать их за свои! – напоминает Лукреция.
– Не надо его окарикатуривать. Его деятельность не сводилась только к этому. Он придумывал собственные скетчи, собственные анекдоты, у него был несравненный талант импровизации, этого никто не может отрицать.
– Она права, – говорит Исидор. – Будь это так просто, кто-нибудь сделал бы то же самое задолго до него. Нет, его вклад чрезвычайно велик, не будем отрицать очевидное.
– Его скетчи были великолепны! Комплекс неполноценности, вызванный «циклопичностью», делал его трогательным. Он понимал чужую боль. И вообще, он был… хорошим человеком.
Лукреция продолжает сомневаться, а вот Исидор готов пересмотреть свою прежнюю позицию. Он знает, что человека нельзя мазать одной краской и что нужно выслушать мнения всех знающих людей, прежде чем составить собственное впечатление.
– Можно подробнее про BQT? Вы были в тот роковой вечер в Карнаке. Что там произошло?
– Да, я была с Возняками при нападении на маяк-призрак. Думаю, Дариус ожидал более упорного сопротивления. Уверяю вас, он надеялся, что они будут вооружены, дадут отпор, выстоят…
– Каждый желает возвыситься, пока жизнь не отвесит ему затрещину. После этого человек становится смиреннее, – говорит Исидор.
– Жизнь не торопилась с затрещиной. Его била одна я, и то по его же указанию. Он хотел дойти до края. Он уже убивал. Уже организовал дуэли ПЗПП. Теперь ему вздумалось проверить, сможет ли он безнаказанно перебить десятки людей.
– Причем это были люди, которым он был всем обязан. Эдипов комплекс, желание уничтожить собственного отца, – подсказывает Исидор.
– На острове с неработающим маяком развернулась настоящая бойня. Люди из GLH ни о чем не подозревали. Когда прозвучал сигнал, я спряталась за чужие спины. Мне дали оружие, но я не стала стрелять. Увидев мое бездействие, Дариус стал меня заставлять кого-нибудь прикончить. «Это тебе не шлепки по попе, куколка. Расстанься с невинностью, Мими, ты наша сообщница, недаром на тебе розовый костюм». Он нанюхался кокаина и был на взводе. Я спряталась в углу, меня вырвало…
– Вы не пытались убежать? – спрашивает Исидор.
– Я находилась под его влиянием. Он меня околдовал. «Любимейший француз французов» – это что-то да значит! Человек, вызывавший смех у людей всех поколений. Я ведь мечтала о блестящей комической карьере. У нас с ним не было интимных отношений, но я все равно к нему приросла… Такое не объяснить.
– Я нисколько не удивлена, – вворачивает Лукреция.
