— До такой степени я не дал себе распуститься. Когда-то надо было подменить ожерелье, а на пароходе представилась редкая возможность: ее каюта третья от меня, и сама Линит настолько погружена в собственные заботы, что вряд ли заметит подмену.
— Сомневаюсь, что все так и было.
Тим внимательно взглянул на него:
— Что вы хотите сказать?
Пуаро нажал кнопку звонка.
— Я бы хотел пригласить сюда мисс Оттерборн.
Тим нахмурился и ничего не сказал. Пришел стюард, выслушал распоряжение и удалился.
Через несколько минут явилась Розали. При виде Тима ее покрасневшие от недавних слез глаза округлились; в ней не было и следа былого недовольства, колючести. Она села и с новооб-ретенной кротостью перевела взгляд с Рейса на Пуаро.
— Извините, что пришлось вас потревожить, мисс Оттерборн, — негромко сказал Рейс. Он был не очень доволен настойчивостью Пуаро.
— Ничего, — в тон ему сказала девушка.
— Нужно прояснить немногие моменты, — сказал Пуаро. — Когда я спросил вас, не видели ли вы кого-нибудь на палубе с правого борта в десять минут второго, вы ответили, что никого не видели. К счастью, я дознался до правды без вашей помощи. Месье Аллертон признался, что ночью был в каюте Линит Дойл.
Она бросила взгляд на убитое, каменное лицо Тима; тот коротко кивнул.
— Я правильно назвал время, месье Аллертон?
— Совершенно правильно, — ответил Аллертон.
Розали не сводила с него глаз. У нее дрожали помертвелые губы.
— Нет-нет, я не убивал. Я вор, а не убийца. Все равно об этом скоро все узнают. Я охотился за ее жемчугом.
— По словам мистера Аллертона, прошлой ночью он вошел в ее каюту и подменил жемчужное ожерелье подделкой, — вмешался Пуаро.
— Правда? — спросила Розали. Ее грустные, младенчески беззащитные глаза вопрошающе смотрели на него.
Все молчали. Полковник Рейс смущенно ерзнул на стуле.
Пуаро продолжал фальшивым голосом:
— Это, повторяю, версия самого месье Аллертона, которую частично подтверждает ваше свидетельство. Иначе говоря, доказано, что прошлой ночью он был в каюте Линит Дойл, но нет никаких доказательств того, что он там делал.
Тим изумленно выкатил на него глаза:
— Что я взял жемчуг.
— Mais oui — mais oui. Я знаю, что жемчуг у вас, но я не знаю, когда вы его взяли. Может статься, что вы его взяли не прошлой ночью, а раньше. Вы сказали, что Линит Дойл вряд ли бы заметила подмену. Я отнюдь не уверен в этом. Допустим, она ее заметила. Допустим далее, что она знала, кто подменил жемчуг. Допустим, что вчера вечером она грозила разоблачением, и вы поняли, что она не преминет это сделать.