На роскошном пароходе «Карнак» на Ниле происходит убийство миллионерши. Среди пассажиров есть Эркюль Пуаро, который пытается разгадать загадку. Интрига обостряется вокруг любовного треугольника и непредсказуемых событий.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Смерть на Ниле. Причуда мертвеца» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Здесь собраны описание, жанры, автор, похожие книги и полный текст для чтения в браузере. После чтения можно перейти к книгам автора, жанровому каталогу или тематическим подборкам.
А Жаклин ясным голосом сказала:
— Понимаете, в свое время мы были помолвлены.
Корнелию раздирали противоречивые чувства. Ей было крайне неловко, и в то же время она была приятно возбуждена. В каком мрачном свете представал Саймон Дойл!
— Да, это очень грустная история, — сказала Жаклин; в ее негромко звучавший мягкий голос вкрались поддразнивающие нотки. — Неважно ты со мной обошелся, правда, Саймон?
— Иди спать, Джеки, — отрезал Саймон Дойл. — Ты пьяная.
— Если ты стесняешься меня, дорогой, уходи сам.
Саймон Дойл поднял на нее глаза. Рука с журналом подрагивала, но голос прозвучал жестко.
— Никуда я не пойду, — сказал он.
— Мне в самом деле... уже так поздно... — снова принялась канючить Корнелия.
— Никуда вы не пойдете, — сказала Жаклин. Она потянулась к ней и удержала девушку на стуле. — Оставайтесь и слушайте, что я скажу.
— Джеки! — взорвался Саймон. — Не позорься. Иди спать, ради Христа.
Жаклин так и взвилась на стуле. Прорвавшись, свистящим потоком заструились слова:
— Ты боишься, что я устрою сцену, да? Поэтому ты так по-английски держишься — такой ты сдержанный! Ты хочешь, чтобы я себя прилично вела, да? А мне плевать, прилично я себя веду или нет. Убирайся отсюда — и поживее, потому что я хочу выговориться.
Джим Фанторп аккуратно закрыл книгу, зевнул, бросил взгляд на часы, встал и неторопливо вышел. Очень английское — и абсолютно неубедительное поведение.
Снова повернувшись к нему, Жаклин уставила на Саймона яростно сверкающие глаза.
— Ты дурак, — заговорила она заплетающимся языком, — если думаешь, что я оставлю тебя в покое после такого обращения со мной.
Саймон Дойл открыл и закрыл рот. Он сидел, сохраняя выдержку, словно надеясь на то, что ее вспышка погаснет сама собой, если он не подольет масла в огонь, промолчит.
Речь Жаклин стала совсем нечленораздельной. Непривычная к столь откровенным излияниям чувств, Корнелия сидела обмерев.
— Я тебе говорила, — продолжала Жаклин, — что скорее убью тебя, чем отдам другой женщине... Думаешь, это были пустые слова? Ошибаешься. Я выжидала. Ты — мой. Слышишь? Мой собственный...
Саймон по-прежнему отмалчивался. Подавшись вперед, Жаклин шарила у себя в юбке.
— Я говорила, что убью тебя, значит, убью... — Она вздернула руку, что-то блеснуло, сверкнуло в ней. — Я застрелю тебя как собаку, ты умрешь собачьей смертью...
Тут только Саймон пробудился. Он вскочил на ноги, и в ту же минуту она спустила курок.
Саймон переломился и рухнул на стул. Вскрикнув, Корнелия выбежала за дверь.
