– А мадемуазель Женевьева? – осведомилась экономка, видимо предполагая, что в кровати находится именно любовница господина.
– Что? – Делмар, кажется, не понял вопроса.
– Прошу прощения, не сразу заметила мисс Эвинсель, – всполошилась миссис Финч.
– Доброе утро, – натянуто улыбнулась я, выглядывая из-под одеяла. – А я предпочла бы позавтракать.
Краска стыда залила мое лицо и, кажется, даже шею и грудь. До этого момента мне еще никогда не было так стыдно. Наверняка она подумала, что мы предавались греховным утехам этой ночью. Хотелось немедленно разуверить миссис Финч, а Делмар не спешил спасать мою репутацию.
– Мистер Ривс спал в детской, – попыталась я внести ясность. – Меня напугало привидение, и он любезно предоставил свою спальню.
– Да, конечно, – кивнула миссис Финч, ни капли мне не поверив. – Тогда я сейчас распоряжусь насчет завтрака.
– Ну вот, теперь эта дама думает, что я гулящая женщина, – проворчала я себе под нос, а потом уже громче попросила: – Принесите, пожалуйста, мне платье из той комнаты, а то я впопыхах забыла его взять.
– Каринтия, сколько вам лет? – внезапно поинтересовался Делмар. – Судя по уму, не больше десяти. Мне не хотелось бы, чтобы меня обвинили еще в нарушении закона как человека, заключившего брак с несовершеннолетней.
– Мне двадцать один, – заверила я.
– Достаточно, чтобы вести себя разумно, – высказался мой супруг язвительным тоном. – Вы умыкнули из столовой важные улики, если бы я не нашел их, кто знает, как дело могло бы обернуться.
– Вы все носитесь со своими вещественными доказательствами. – Я тоже решилась высказаться насчет его умственных способностей. – А между прочим, чуть не отправили на эшафот невиновного человека, и там тоже, кажется, были улики.
– Еще свидетельские показания, – недовольно проворчал мистер Ривс. – У меня не возникало ни тени сомнений, что именно Гровер убил Оливию и свою невесту Андреа. Теперь же придется начинать поиски сначала.
– А в газетке, кстати, не было ничего особенного, – заявила я.
– Позвольте мне самому судить об этом. Может, на первый взгляд и ничего интересного, но вот это сообщение о смерти учительницы из пансиона Святой Виктории мне очень не нравится. В этом учебном заведении обучались Оливия и ее подруга. Кстати, именно там девушки познакомились и подружились. Думаете, простое совпадение, что Гровер оставил у себя заметку с упоминанием убийства местной учительницы?
– Газета свежая, а, как я понимаю, мистер Гровер уже находился в тюрьме, когда бедняжку порешили поясом от халата. Печальная, конечно, история.
– Дорогая моя, я и сам это понимаю, – раздраженно пояснил Делмар. – Кто-то здесь интересовался вашим мнением?
– Вы же сами спросили, – поджала я губы.