– Это просто были мысли вслух, – отчеканил этот грубиян и вышел из комнаты, правда, через пару минут вернулся и кинул в меня шелковое платье. – Надевайте, через полчаса отправляемся в церковь.
– Разрешите хоть позавтракать, – крикнула я в уже закрытую дверь.
Мне все-таки удалось полакомиться блинчиками с творогом. Я густо намазывала сверху персиковый джем и торопливо отправляла в рот, запивая чаем с молоком. Восхитительный завтрак. Хотела захватить с собой свое старое платье, но Грейс виновато сообщила, что уже отнесла его прачке. Я написала на листе бумаги адрес родительского дома и попросила выслать платье по почте, негоже разбрасываться добротными вещами.
На улице я поежилась от утренней прохлады и быстрее побежала к карете, дожидающейся меня на подъездной аллее. Этот экипаж был намного больше, чем тот, который привез нас вчера днем. Коричневую лакированную дверцу украшал родовой герб, а сзади на подножке стоял лакей в зеленой ливрее. Он был еще совсем мальчишкой, то и дело расплывался в улыбке, подставляя свое широкое лицо солнцу. При виде меня юноша тотчас же соскочил на землю и распахнул дверцу, приглашая меня внутрь. Я уселась рядом с мистером Ривсом, который нетерпеливо постукивал ногой.
– Наконец-то явились, – раздраженно заявил он. – Сколько можно есть? Вы, наверное, полбуфета на кухне опустошили, и куда только влезает, с виду тощая, ни одной выпуклой формы.
– Еще вырастет, – буркнула я.
– Это точно, – хмыкнул мистер Ривс. – Если будете есть такими темпами, через годик в дверь не пролезете.
– Просто ваш повар очень вкусно готовит, – попыталась я оправдать свой аппетит. – К тому же поместье находится далеко от города, никаких мануфактур рядом, свежий воздух, хвойный лес.
– У вас на все найдется ответ, мисс Эвинсель.
Я отвернулась к окну. Все-то ему не нравится: как ем, что говорю – невыносимый человек. Уже искренне сочувствую его будущей супруге, он ей всю кровь выпьет. Какое счастье, что уже через пару часов я буду свободна и избавлюсь от присутствия мистера Ривса. Радуясь этим мыслям, я почувствовала, как карета покачнулась, и мы отправились в путь.
По мере того как мы приближались к церкви, настроение мистера Ривса заметно улучшалось. Видимо, он уже заранее начинал радоваться, что скоро вычеркнет меня из своей и без того насыщенной жизни.
Когда мы въехали в город, ясное небо внезапно заволокли мрачные грозовые тучи, спрятав теплое летнее солнце. Я слышала, как редкие капли дождя ударяются о крышу кареты, а когда мы свернули на нужную улицу, уже начался самый настоящий ливень. Я искренне пожалела лакея, который, вероятно, сейчас уже промок до нитки на запятках экипажа.
– Уже пора? – спросила я, когда карета остановилась.