И вечером тогда предоставит все сведения, что они нашли за сутки, генералу Орлову, чтобы решить — объединять дела в одно или все-таки принять, что массовое исчезновение — лишь совпадение. Еще Горец ждет информации, и обманом полученная машина его не устроит. Придется искать дальше, само место нападения обследовано, пришла очередь заняться свидетелями — участниками похоронной процессии. Завтра запрошу данные у Бориса и навещу родителей, близких Шанурина, узнаю подробнее о его гибели и о похоронах».
Настроение у опера улучшилось, поэтому, когда Мичурин ахнул при виде закопченного, пахнущего гарью Гурова на пороге, Лев лишь пошутил в ответ:
— Иван Митрофанович, мы в огне не горим и в воде не тонем. Приму душ, одежду в стирку и буду как новенький.
Старик покачал головой:
— Не нравится мне, Лев, что как только рядом появился Горец, так сразу начались неприятности. Пожар вдруг, что дальше? Не думал, что он только сделал вид, будто не знает, кто ты такой? А на самом деле ищет возможности избавиться от тебя таким образом, чтобы ни ФСБ, ни полиция не могли ему ничего предъявить. — Он вытащил из шкафа два огромных махровых полотенца. — Ладно, не буду тебя сейчас волновать. Отдохни, перекуси, я на кухне тебе все приготовил. Потом поговорим, не нравятся мне эти совпадения.
Хотя напрасно Мичурин ждал своего временного жильца на кухне. Когда затихли звуки журчащей воды и прошлепали босые ноги в комнату, Иван Митрофанович убрал салфетку с нарезанного хлеба, достал сметану к налитому в тарелку супу. Но оперативник на свой ночной обед не спешил. Старик откашлялся несколько раз, затем позвал Льва и уже в нетерпении шагнул в комнату. Гуров не отреагировал на звуки, от усталости и плохого самочувствия после пожара его мгновенно сморил сон. Стоило лишь ему присесть на диван, чтобы сделать записи в блокноте по поводу завтрашнего дня, как глаза закрылись сами по себе, и он быстро и крепко заснул. Старик закрыл блокнот, перед этим пробежавшись по коротким записям взглядом:
«Романчук — покупка недвижимости, оплата учебы внучки, проверить недвижимость, записанную на ее внуков.
Горец — адрес родителей Шанурина, поселок «Солнечный» — открыть печь».
Иван Митрофанович покачал головой, трудный день ждет завтра опера. Он стянул со своей кровати теплое одеяло, укрыл спящего Льва и побрел на кухню — ничего не остается, как превратить несостоявшийся ужин в сытный завтрак.
На следующее утро опер проснулся от звонка телефона, на экране высветился незнакомый номер.