Классика жанра: настоящий убийца поймет, что с Зубкова сняты подозрения, и заляжет на дно…
— Не отпускал его никто, — утешил муж, — но сейчас не об этом, стало чем заняться. Как вскоре выяснилось, оптимизационное решение приняться вплотную за ближайшее окружение потерпевшего Дениса Романова оказалось абсолютно верным.
Зайченко и Сафонов, будучи освобожденными от туповатой и рутинной работы, взяли под козырек и без труда вышли практически на всех его одноклассников. Повезло и на этот раз: в основной массе те были не из летунов, почти все осели тут же, в Мокше, разве что некоторые потрудились отъехать на пару станций от нее. Опросили буквально всех бывших одноклассников, немногочисленных школьных друзей, выпускников городского училища.
И снова картина, которая сложилась по итогам изучения простой жизни простого человека, выбивалась за рамки обычной. Как минимум обескураживала и давала немало поводов для размышлений.
Шла бы речь о каком-либо громком имени, о народном любимце, звезде или спортсмене, можно было бы предположить, что понаехавших пришельцев-сыскарей пытаются убедить в том, что покойник был из чистого золота, а душа — алмаз.
Сдержанные панегирики старой учительницы Анны Георгиевны были развернуты, дополнены, разукрашены, трансформировались в колоссальную картину безупречной, практически ангельской жизни на земле.
Достаточно посмотреть на все эти фото, представленные не только мамой, но и бывшими одноклассницами и даже одноклассниками, учителями, тренерами детской секции легкой атлетики и хоккея.
Разбирая все эти страницы летописи уже прерванной жизни — фото, записи опросов, медицинские документы, — Гуров не мог избавиться от мысли о том, что такого обаятельного человека было поискать: «С него плакаты бы писать, русского богатыря или просто надежду России».
Роста высокого, метр девяносто три, хорошо развит физически, он как будто родился красавцем с прямой спиной, не было у него и намека на обычные для высоких ребят недуги — сутулость, нескладность. Лицо, может, и не особо правильное, но очень запоминающееся, исключительно приятное, открытое, доброжелательное. Глаза большие, светлые, выражение такое, как будто всем всегда рад и всем доволен. Про таких говорят: светится изнутри. И улыбка — вот именно всемирно известная, гагаринская.
В городском техникуме, который окончил Романов, девушек было немного, учреждение готовило электриков, автослесарей, сварщиков, поэтому отработка тамошнего окружения завершилась быстро и без особых результатов.