Жанр
Воин-афганец оказывается в теле семнадцатилетнего Кости Звягинцева в 1940 году. Ему предстоит выживать в новой реальности, пытаясь предотвратить гражданскую войну и государственный переворот. Смерти вопреки: чужой среди своих.
Просто я стараюсь быть честным! Именно поэтому на том собрании…
– Ясно, – оборвал я его. – Теперь так. Сейчас мы сходим к вам на квартиру и заберем документы, затем поселитесь в гостинице.
– В твоей гостинице. Хорошо, Сережа? – при этом лицо моей сестры приобрело умильно-трогательное выражение.
– Хорошо. Этот банковский клерк случайно не рыжий?
– Откуда вы это знаете?! – удивленно воскликнул инженер.
– Да. Рыжий. Андрей еще носит очки в золотистой оправе.
– Значит, это его я видел тогда в парке?
– Его! Но он здесь при чем?!
Несколько секунд я раздумывал: сказать ему или нет, а потом решил не говорить. Как говорится: меньше знаешь – лучше спишь.
– Пока не знаю. Разберусь – скажу.
– Хорошо. Как мы теперь будем действовать? – Переложив на чужие плечи ответственность, Луговицкий разительно переменился. Исчезла бледность и нервозность. Приободрившийся «агент охранки» был готов действовать.
– Идем к вам. Там видно будет.
После того, как забрали документы и необходимые вещи, мы отправились в гостиницу. Узнав адрес его рыжего товарища по классовой борьбе, я приказал инженеру безвылазно сидеть в номере. Спустившись вниз, я на выходе вдруг неожиданно столкнулся с Лешкой. Вид у него был растерянный и испуганный.
– Дядя Сережа! Я к вам!
– Привет, парень. У меня времени мало, поэтому давай по пути поговорим.
– Дядя Сережа, с вами батя поговорить хочет.
– Он хочет! Вопрос: хочу ли я с ним говорить?!
– Дядя Сережа! Я вас очень-очень прошу!
Сопоставив имеющиеся у меня факты, нетрудно было догадаться, что Боткин, не надеясь на умения товарищей по партии, усилил их профессиональными бандитами. Ими и стал отец Лешки со своими подручными. Прокрутив все это в голове, решил, что встреча с налетчиком, к тому же находящимся в розыске, мне абсолютно не нужна.
– Извини, парень, но у меня действительно нет времени.
– Он ранен, – хлюпнул носом мальчишка. – Тяжело.
– Он обо мне хочет поговорить.
– О тебе? А ты сам объяснить не можешь?
– Да я не знаю! Правда, не знаю!
Идти оказалось действительно недалеко. Раненый бандит скрывался в бывшей рыбацкой деревеньке, в одном из полуразрушенных домиков. Когда-то меня к этим развалюхам привели воры, укравшие у профессора коллекцию старинных монет. Правда, сейчас никто здесь песни не орал и на гармошке не играл.
«Интересно, почему он здесь прячется? – подумал я, переступая порог ветхой хижины.
