Автор
В глубине веков существуют поколения, связанные с поруганием. Они обладают красными глазами кошек и магической силой. В один прекрасный день, рождается особенный ребенок, впервые получивший сверхъестественную способность. При этом злопакостное проклятие покровит род до самой смерти Зла, когда тайник его колдовского зелья будет найден....
— Не забывай, что я желал этого целых три недели, — тихо произнес он, — с тех пор, как увидел тебя с другими мужчинами. Я понял, чего тебе не хватает. И мне не хотелось видеть тебя в их объятиях.
Эти слова прожгли ее словно огнем. Если это и не была ревность, то что-то близкое к ней.
— Я не могу себе представить их в близких отношениях с тобой, — прошептал он.
Сладкие слова для изголодавшейся души!
— Расслабься, Сесилия, поддайся! Я чувствую, что ты вся горишь…
Он так осторожно и нежно гладил ее, что она не могла противиться.
Некоторое время спустя она лежала изможденная, закрыв руками пылающее лицо.
— Ты была чудесна, Сесилия, — произнес он своим густым низким голосом. — Господи, сколько в тебе огня! Ты будешь спать здесь?
— Нет, — с трудом произнесла она и встала с постели. Шатаясь, она направилась в свою комнату, заперла дверь и свалилась в постель.
Ей было так трудно встретиться на следующее утро с Александром. Она оттягивала встречу, как могла, вымыла голову, сделала прическу, позавтракала у себя в комнате.
В конце концов ей просто нечем стало заняться.
Александр ждал ее в роскошной гостиной, где все оставалось таким же, как было до ее появления. Сесилии не хотелось нарушать этот стиль и переделывать что-то по своему вкусу. В доме вообще мало что напоминало о ее присутствии.
— Доброе утро, — пробормотала она, стараясь проскользнуть мимо него в соседнюю комнату.
Он взял ее за руку.
— Сесилия, тебе не в чем себя упрекать, — прошептал он, потому что в гостиной была горничная. — Значит, ты упрекаешь в чем-то меня? Ты злишься на меня?
Она покачала головой.
— Только на саму себя.
— Но почему?
— Потому, что не смогла вести себя достойно.
Его глаза смеялись.
— Бывают моменты, когда достоинство кажется просто смехотворным. Могу я тебя кое о чем попросить?
— О чем? — испуганно произнесла она.
— Скажи мне, когда ты снова будешь нуждаться во мне!
Она недоверчиво уставилась на него.
— Ты хочешь повторить этот позор?
— Никакого позора. Для меня это было прекрасным переживанием. Ты хочешь еще?
— Я потом скажу тебе… — пробормотала она, спеша от него прочь.
