Автор
В темноте и отчаянии она бежит, воздух пронизанный непривычной жарой и сыростью врывается в легкие. Колючки и шипы царапают ее, каждое движение вызывает новый ран. Где бы она ни была, всегда холодная земля под ногами и запах болота нарастает с каждым шагом.
Дверь закрылась, и общежитие снова погрузилось в абсолютную тишину. Только камеры видеонаблюдения с тихим жужжанием поворачивались туда-сюда. Сабина вызвала лифт и затащила чемодан в кабину. Пока она спускалась на первый этаж, зазвонил сотовый. Австрийский номер.
– Сабина Немез, – ответила она.
– Это Мелани Дитц, – сказала женщина с приятным, но решительным голосом. – Мой муж считает, что ваша история может меня заинтересовать, но больше он мне ничего не рассказал.
– Понимаю. – Сабина задумалась, с чего ей лучше начать.
– Это немецкое БКА? Как интересно. – Дитц ненадолго замолчала. Возможно, взяла ручку и бумагу, чтобы записывать. На заднем плане раздался собачий лай. – Так о чем речь?
– О Кларе Брайншмидт.
На том конце провода воцарилось секундное молчание.
– Что вы знаете о Кларе?"
"Двери лифта открылись. Сабина взяла свой чемодан и вышла наружу.
– И кого вы подозреваете? Кто стоит за всем этим? – спросила Дитц.
Сабина запихнула чемодан в багажник, закинула спортивную сумку на плечо и направилась с ней через дорогу к зданию БКА.
– Я не знаю, – призналась она. – Но это должно быть как-то связано с Томасом Вандером… Правда, мне кажется маловероятным, чтобы именно он хотел отомстить людям, которые оправдали его. Может, они что-то знали и их нужно было заставить замолчать? – предположила она. – Или кто-то пытается отомстить за смерть Беньямина?
Конечно, все дело было в мальчике! Эрик это уже выяснил: «Кроме того, я теперь знаю, кто отец ребенка».
– Спустя столько лет? – задумалась Дитц. – Как я могу вам помочь?
– Я зашла в тупик в своем расследовании, поэтому мне нужно с вами поговорить.
– Хорошо, но сначала мне нужно проверить ваши данные и посоветоваться с коллегой, – ответила Дитц.
