Автор
В темноте и отчаянии она бежит, воздух пронизанный непривычной жарой и сыростью врывается в легкие. Колючки и шипы царапают ее, каждое движение вызывает новый ран. Где бы она ни была, всегда холодная земля под ногами и запах болота нарастает с каждым шагом.
Для коллег в академии было проще простого раскопать детали ее прошлого. Но она не хотела снова вспоминать все те события.
– Понимаю, ты не хочешь говорить об этом, – наконец сказала Майкснер. – У тебя красивый медальон в виде сердечка."
"– Спасибо. – Сабина инстинктивно коснулась цепочки на шее. Это было единственное украшение, которое она носила. – Подарок отца.
– Ты вообще откуда?
– Из Мюнхена.
– Jo mei, des hört ma, Hühnerkacke[13], — сымитировала Майкснер баварский акцент. – Я имею в виду, откуда родом?
Сабина рассказала, что они со старшей сестрой выросли на ферме бабушки, затем какое-то время жили в Кельне, но после развода родителей вернулись в Мюнхен.
– Замужем, дети есть? – спросила Майкснер.
Сабина помотала головой и подумала об Эрике.
– А ты?
– У меня годовалая дочь.
Сабина тут же подумала о фотографиях, которые Снейдер только что показывал им.
– Вот черт! – вырвалось у нее.
Майкснер достала из заднего кармана джинсов чехол для паспорта и показала Сабине фото сладкой белокурой девочки в розовой вязаной шапочке.
– И ты все равно здесь? – спросила Сабина.
– Моя мама присматривает за малышкой. Я вижу ее только по выходным, но мне надоела однообразная работа в Земельном управлении уголовной полиции, академия была моим шансом – такой выпадает не каждому. Я хотела стать профайлером, и очень хорошим профайлером.
– А отец девочки?
Майкснер поджала губы, словно размышляя, стоит ли рассказывать об этом.
– Ты его знаешь, – наконец призналась она.
– Шёнфельд? – вырвалось у Сабины.
Майкснер кивнула.
– Мы вместе со старшей школы. Нашей общей мечтой была работа в БКА.
«Шёнфельд, – эхом отзывалось в голове у Сабины. – Еще и это».
– Но дочка полностью на мне. Для него на первом месте карьера. Он эгоист и никогда не хотел брать на себя ответственность.
Тут открылась дверь. Тина просунула голову внутрь и нагло улыбнулась:
– Помешала сплетничать?
Никто не ответил.
Тогда Тина вошла.
– Снейдер настоящий говнюк, верно?
21Мелани сидела в кабинете для допросов БКА на Йозеф-Холаубек-Плац недалеко от Дунайского канала. Напротив нее сидели Клара в зеленой полосатой жилетке с капюшоном и плюшевый пес Феликс, который смотрел в окно своими желтыми глазами-пуговицами.
Мелани постаралась создать знакомую атмосферу.
