Также нельзя! Это привлекает внимание и вообще… Надо держать себя в руках…
Второе ""я"" Элефантова подсказало: «Уж она-то умеет держать себя в руках! Разговаривать с тобой, Спирькой, Эдиком, Астаховым, как с посторонними. Ни один мускул на лице не дрогнет! Артистка!»
Сергей не собирался выяснять отношения и не был готов к этому.
Единственное, что он понял из рассудительной и в общем-то правильной тирады Марии, прозвучало как детский лепет:
— Но я же люблю тебя!
— Ну и люби себе на здоровье! Кто тебе мешает?
«Она говорит так, как будто это касается тебя одного!»
— Но любовь порождает ревность и все остальное…
Мария тряхнула головой, и в этом движении чувствовалась некоторая раздраженность."
"— Да что ты заладил про ревность! Смотри, какой Отелло! Держи себя в руках! Вот Валентин, — голос ее приобрел явную назидательность, — ведь он не изменил своего отношения ко мне. Понимаешь? Не изменил!
«К чему она клонит?»
Но задумываться над мелькнувшим вопросом он не стал. Раз она сама заговорила о Спирьке…
— Кстати, Машенька, давно хотел тебя спросить…
Она выгнула бровь.
— Когда ты звонила из Хосты, помнишь? Мне показалось… В общем… Ты говорила ему ""целуют в конце разговора?
Элефантов просто хотел убедиться во вздорности своих подозрений. И убедить его было легко, он даже был готов поверить, что Спирька сказал «я тоже» в уже умолкнувшую трубку специально, чтобы позлить его. Марии достаточно засмеяться, отшутиться, просто взлохматить ему волосы или легонько шлепнуть по затылку — дескать, каков ревнивец, — чтобы он поверил ей слепо и бесповоротно и облегченно вздохнул. Но…
— Я не помню, — она говорила невозмутимо и несколько задумчиво, и от этой невозмутимости и задумчивости за версту несло фальшью — не помнить таких вещей было нельзя. — Вообще-то не в моих правилах говорить такое…
Невозмутимость не помогла. Неопределенность ответа, который можно изменить в любую сторону в зависимости от степени осведомленности собеседника, только усилила его сомнения.
— И потом Спирька рассказал, как вы с ним пили коньяк и шампанское у тебя в номере…
— Ну и что? — Мария смотрела с вызовом, холодно и презрительно. — Да, я могу выпить с мужчиной в номере гостиницы. И что из этого следует?
Следует из этого обычно то, о чем взахлеб рассказывают любители похвастать пикантными похождениями, что обсуждают и смакуют всякие грязные типы и на что, не без умысла, расчетливо намекнул сам Спирька, чтобы вывести его из себя.
Мария почувствовала — вопрос получился риторическим.
— Ты ведь знаешь, я выпиваю очень умеренно и никогда не теряю контроля над собой. Даже если выпито много, это не значит, что пили поровну…
Спирька уверял — именно поровну.