В темном море вспыхивает маяк — и сразу же начинается история Райки Фунткиной, врача, устроившейся смотрительницей за этой необычной башней. В рождественскую вьюгу над ним свисают грозные тучи, а под ледяными волнами скрываются невероятные тайны и загадки.
– Действительно странный язык…
- А ты знаешь, почему испанцы шепелявят? – я с улыбкой посмотрела на нее.
- Не-а, почему?
- По легенде, у них такая особенность появилась в результате стремления подражать королю, который страдал от шепелявости, - я не помнила, где прочла об этом, но сия информация отложилась у меня в памяти.
- Любопытно… любопытно… интересно, а здесь есть король? – Варежкина мечтательно уставилась в потолок, заложив руки за голову. – Вот бы в первые леди податься…
- Ой, я тебя умоляю! – она насмешила меня.
- А, ты о той, что духами себя поливает? – догадалась Лида. – Она заходила ко мне в комнату. Спрашивала, как я себя чувствую. Обращалась по имени Гве… Гвини.. Гвиневера! Язык сломать можно!
- Что ты ей ответила?
- Ничего. Таращила на нее глаза и молчала, - улыбнулась Варежкина. – Мало ли, ляпну лишнего, и что тогда?
- Лид, что делать-то будем? – тоскливо поинтересовалась я, на что она ободряюще сказала:
- Жить, Валь! Жить! Не гневи Бога.
Варежкина вдруг села и запела тоненьким голоском:
- И вновь продолжается бой.
И сердцу тревожно в груди…
И Ленин – такой молодой,
И юный Октябрь впереди!
Дверь внезапно открылась, и она рухнула на подушки, вытянув руки вдоль тела.
- Меня чуть удар не хватил! Я ведь черт-те что подумала! Кровать пуста, малышки Гвин нигде нет! Да разве ж можно так над старой Марисой издеваться?! – в комнату вошла пожилая женщина в темном платье с кружевным воротничком и накрахмаленном переднике.
Это ведь она была здесь с мужчиной, которого называла доктором! Похоже эта женщина служанка.
- Я… я… - Лида нервно облизнула губы. – Э-э-э…
- Сестричку хотели увидеть? – помогла ей Мариса. – Бедняжки мои… Такое пережить…
Мы молчали.
- Вы что, не помните ничего? – женщина испуганно приложила ладошку ко рту.
- А кто эта женщина, пахнущая жасмином? – осторожно поинтересовалась Варежкина.
- Мачеха ваша. Леди Дивелла, - ответила Мариса. – Осерчает она, когда узнает, что вы не помните ничего! Она уже и женихов пригласила!
- Каких еще женихов? – испуганно протянула я.
