В заспанной тьме утреннего света, старина Берия не мог отвести взгляд от сапог Хозяина — их гладкость и блеск отражали всю прохладу комнаты. Но что-то сегодня было иным: тревожное мерцание этих вершин мастерства дразнило его взор, готовясь раскрыть тайны дня.
Единственное, что сдерживало Беспалого, расстояние — не преодолеть, слишком велико! Правая рука старика, будто освободившись от тяжести, пошла вверх значительно быстрее, он понимал, что сейчас взгляд неприятеля сосредоточен именно на ней. Прежде чем водитель сумел что-то понять, Беспалый выдернул левой рукой из-за пояса второй ствол и дважды, не оборачиваясь, выстрелил из-за спины. Одновременно, вместе с мягким ударом падающего тела, раздался вибрирующий звук потревоженной жести. Куда же это он свалился?
Обернувшись, Тимофей увидел, что водитель, широко раскинув руки и ноги, лежал на груде какого-то тряпья, — во времена интенсивного строительства здесь накопилось всякой ветоши, — а вот правая его нога, зацепив лист жести, оставалась согнутой, с выставленным вверх коленом.
Беспалый одобрительно хмыкнул. Неплохой выстрел, подобной меткостью следовало гордиться — это в его-то годы! Вторая пуля ушла в молочко — скорее всего, это случилось оттого, что парень дернулся. Но это уже неважно, этим можно пренебречь.
Подумав, Беспалый бросил пистолет на грудь покойнику. Вокруг по-прежнему царило безмолвие — лес, обступивший строительную площадку, тихо шумел. Размотав на воротах проволоку, Беспалый распахнул створки и двинулся в сторону шоссе.
Глава 26 ПОСЛЕДНИЙ ЭКЗАМЕН
Высоко подняв подбородок, Голицын медленно прошелся вдоль строя. В сравнении с рослыми курсантами он смотрелся едва ли не подростком, а многим и вовсе едва доставал до плеча. Но ощущение было таково, что у каждого из них он рассматривал макушку. Исполин, одним словом! В правой руке генерал держал небольшой кусок глины и мял его пальцами. По заверению генерала такое упражнение способствовало плавному нажатию курка, кроме того, у человека, который все время имеет дело с оружием, пальцы должны быть сильными.
— Хочу вас поздравить, товарищи курсанты, ваша учеба подошла к концу. — Офицеры невольно заулыбались. Это был тот самый редкий случай, когда царский генерал обратился к ним по уставу, опустив традиционное «господа». — В конце всякого серьезного дела предусматривается экзамен, — помолчав, добавил он, — будет он и в нашей школе.
