– Кто первый ловить будет?
– Твоя идея, ты и начинай. – Резон в словах Нинки есть.
– Раз, два, – начинает отсчет Боксер.
Федя, отплыв на десяток метров, зависает на месте. Нинка, поправив выбившуюся из купальника грудь, вертит головой. Я же смещаюсь ближе к берегу, где есть возможность отталкиваться от дна. Ноги вязнут в иле. Слизком, холодном, противном. Воображение услужливо подсовывает картинки свернувшейся кольцами змеи, холодной руки трупа, чего-то сияющего острыми лезвиями…
Нинкин поклонник мощно бросает тело вперед. Брызги летят во все стороны.
Нинка довольно визжит.
Я, жмуря глаза, пячусь.
Поскользнувшись, с головой погружаюсь в воду. Паника галопом проносится вдоль позвоночного столба.
Вынырнув, захожусь в кашле. Успела-таки глотнуть воды.
– Настюха, беги! – весело орет Нинка.
– А-а-а! – с криком нечто огромное выныривает за моей спиной.
Толчок между лопатками, и я вновь с головой ухожу под воду.
Возмущенный вопль выходит потоком пузырей.
Рывок. Словно пойманную рыбину, меня выдергивают из воды и прижимают к груди. Купальник сползает набок, и выпавшая грудь становится добычей мужской ладони.
– Федя, прекрати! – возмущаюсь я, вырываясь из объятий.
– Сюрприз, – смеется Боксер, продолжая пальцами мять сосок. – Я не Федя.
– Да ради бога, – ухмыляется он, резко разжав руки.
Я плашмя падаю в воду.
– Тебе ловить, – кричит Нинка, хлопая в ладоши.
Спрятав грудь в купальник, убираю с лица волосы.
– Лови меня! – машет руками Федя.
Ожидая, что он поддастся, плыву к нему.
Федя подпускает меня на расстояние вытянутой руки, но в последний миг ныряет. Пытаюсь дотянуться… напрасно.
– Я здесь, – вынырнув метрах в пяти, кричит он.
Делать нечего, начинаю медленно плыть к нему, стараясь прижать к мелкоте.
Нинка со своим парнем отвлекаются на поцелуй, чем я не преминула воспользоваться.
Бесшумно погрузившись в воду, опускаюсь до самого дна, так что руки зачерпнули жирного и холодного ила. Вода здесь холодная, так что невольно захватывает дух. Интенсивно плыву, то и дело задевая слизкие стебли водорослей. В ушах появляется звон, в груди пустота – хочется сделать вдох.
Рука касается чего-то горячего, судорожно дернувшегося от прикосновения.
Максим пожимает плечами.
Нинка хихикает, поворачиваясь к нему спиной.
Неуловимым движением парень срывает с нее верх купальника. Вырвавшаяся на волю грудь упруго трепещет, дерзко рисуя восьмерки красными и тугими от холода сосками.
– Отдай! – бросается за ним Нинка.