– Догони – забери! – предлагает Максим, размахивая над головой трофеем.
Девушка делает попытку выхватить купальник, но в последний момент парень ныряет. Нинка зло шлепает ладонью по воде и советует оставить лифчик себе, засунув очень глубоко в потаенное место.
– Попалась, – шепчет на ухо Федя.
Вздрагиваю от неожиданности.
Его руки, словно им противно оставаться неподвижными, вьются вокруг меня. То живот погладят, по грудь легонько сожмут.
– Ты меня испугал, – укоряю я, отстраняясь.
– Больше не буду, – улыбается он, обхватив за талию и привлекая к себе. – Ты такая холодненькая, тебя нужно согреть…
– Не нужно, – пытаюсь бороться.
– Нужно, – передразнивает он, тиская меня. Пальцы сжались, болезненно прищемив кожу ягодиц. Будет синяк.
– Да что ты ломаешься, словно недотрога.
– Убери руки! – чувствуя, как в голосе прорезаются визгливые нотки, кричу я. Пытаюсь отстранить ладонь, которая бесцеремонно шарит между ног, сминая купальник и добираясь до плоти.
– Тебе же нравится, правда? – схватив за волосы, отчего мне пришлось запрокинуть голову, Федя тычется мокрыми губами.
Ладонь немеет. Доходит, что я залепила наглецу пощечину. От всей души.
Парень растерянно моргает, переводя взгляд с меня на Нинку и Максима и обратно.
– Иди к нам, – машет рукой Боксер. Трофейный лифчик трепещет, словно флаг.
– Не робей, – подзадоривает Нинка, прыгая на выступающем из воды валуне и раскручивая над головой трусики. Мягкий свет полной луны выгодно сияет на мокрой коже. Вторая рука тем временем подносит к губам бутылку, содержимое которой большими глотками перекочевывает в желудок.
– Сука сумасшедшая! – шипит Федя, прикасаясь к щеке. – Пошла ты!
По колено в воде он мощными шагами идет к машущей ему парочке.
Я стою и смотрю ему в спину, чувствуя стыд за собственный поступок и какое-то непонятное удовлетворение. Я не тряпка.
– Будешь? – Нинка протягивает Феде бутылку. Попыток прикрыть наготу она не делает. Завтра стыдно будет… хотя ей – не очень.
Стремительно пустеющая бутылка переходит из рук в руки.
– Настюха! – едва не свалившись с камня, машет подруга. – Иди к нам!
Отрицательно качаю головой.
– Иди! – ревет Боксер.
– Я пойду спать, – кричу в ответ.
Подруга пытается еще что-то донести до меня и всех не глухих в радиусе пары километров, но теряет равновесие и с веселым визгом падает в воду.
Выхожу на берег, поднимаю с валуна сарафан.
Едва различимое дуновение ветра заставляет поежиться. Кожа покрылась пупырышками, подбородок начинает подрагивать.