Как?! Как они могут вести себя, словно ничего не случилось? Неужели они были так пьяны, что ничего не помнят?
– Ладно, отдыхай, – оскалился Федор, натягивая спортивные штаны и доставая из рюкзака штормовку. – Ты потрудилась ночью с отдачей.
«Он все помнит», – понимаю я. Волна жара прокатывается по телу.
Потягиваясь, парни выползают из палатки.
В последний момент бывший приятель поворачивается и с угрозой произносит:
– Ничего не было, поняла? Побежишь в ментовку – пожалеешь.
– Боже мой, какой урод!
– И кстати, Нинка говорила, что ты со мной решила порвать? Так вот, это я посылаю тебя, шалава!
От злости перехватывает дыхание. Если бы в этот момент в руках оказалось оружие, не сомневаясь ни мгновения, я разрядила бы обойму в эту ухмыляющуюся рожу.
Но уже в следующий момент на смену злости приходит стыд. «Боже мой, если кто-то об этом узнает!»
Предательские слезы текут по щекам. Зарывшись с головой в покрывало, закусив кулак, я реву, глотая сопли и текущую по костяшкам кровь.
– Это твои плавки? – басит Максим. – Лови!
– Сейчас солнышко припечет, мигом высохнут.
– Макс, а тебе не холодно? Я и в костюме озяб.
– Прохладно. Сейчас оденусь.
Обмениваясь репликами, парни бродят по бережку.
– Сейчас бы кофейка под сигаретку, – зевает Федя.
– Сейчас Нинка приготовит, – говорит Максим.
– Так она, наверное, еще спит.
– Эй, подруга, вылезай! – басит Боксер. – Хватит дрыхнуть.
Ответа не слышно. Видимо, Нинка от вчерашнего излишества спиртного до сих пор валяется без чувств.
– Здесь ее нет, – спустя некоторое время сообщает бас.
– Уроды! Испортили палатку.
– Сейчас гляну. Где тут мои шмотки? Ага. Документы на месте, ключи тоже… магнитофон здесь.
– Так это Нинка сама, наверное, через бок палатки вышла.
– Да мало ли… В кустики по-маленькому захотелось.
– А палатку портить зачем?
– Да я откуда знаю? Спьяну, может, заклинило, вот и прорезала новую дверь.
– Ну, – неуверенно протягивает Боксер. – Может, и так.
Слегка отогнув полог, выглядываю. Отсутствие подруги слегка беспокоит.
– Если бы залезли чужие, деньги забрали бы точно.
– Может, они в темноте не заметили.
– Ага. Залезли. И ничего не взяли, потому что темно. Ерунда какая-то.
– Нужно Нинку искать… Эй, подруга!
Лишь взвился в небо испуганный воробей, да с шелестом юркнул в кусты ежик, завтракавший остатками шашлыка.
– Может, она уснула? – предполагает Связист.
Пройдясь по близлежащим кустам, парни присаживаются у погасшего кострища.