Ребята устроились в овраге, предварительно заминировав все вокруг, но – без фанатизма. Сколько придется ждать – неизвестно, пусть поспят. Толя остался сидеть в охранении, а мы с Муратом, на нашей высокой позиции, тоже решили отдохнуть. Я решил дежурить первым, посижу «собаку». Если к утру ничего не произойдет, может, и сам чуток покемарю. Вообще, после суточных бдений в Сталинграде все привыкли к тому, что спать удавалось крайне редко. Бывало, и сутки не спали, и двое, вот только стрелять потом хреновато – глаз «замыливается», голова «не варит». Да и общая усталость с ног валит.
– Справа, справа и сзади он сидит, – шептал я сам себе. Хреново, что Мурат меня слышать не мог.
План мы придумали простой. Толя Круглов, заминировав подходы к позиции наших «прикрывальщиков», обнаружил очень хорошее место для снайпера. Туда мы Мурата и посадили. Довольно густые кусты росли прямо за оврагом, в котором сидят Зимин с Вано, Дедом и Толяном. До немецкого штаба оттуда – метров четыреста. «Работать» фельдмаршала должен был именно казах. Я лишь «подчищу» за ним – если будет, что подчищать.
Место встречи после операции оговорили сразу. Вернемся на болото – туда, где мы довольно долго сидели до приезда на хутор. Уходить будем по одному. Мне хуже всех: и близко к немцам, и один я тут сижу.
Прождали мы весь следующий день, уже начинали нервничать. После убийства регулировщика и пропажи связиста думали – все, устроят немцы облаву и – пипец. Но ночью где-то неподалеку закипела какая-то заварушка и с хутора на юг выдвинулась колонна фрицев.
«Наша» кавалькада фрицев, сопровождающая фельдмаршала, переправилась десять минут назад, около семнадцати ноль-ноль. Надвигающаяся темнота не должна стать помехой, накануне заметили, что у штаба светло как днем. Фрицы начальству подсвечивают, да и не от кого им тут прятаться. Фронт далеко. Мы были наготове и ждали развития событий. Гансы пустили сначала небольшой отрядик – так, несколько мотоциклов – проверили ближайшую округу, по домам не шатались, лишь огляделись. Головной дозор вернулся и присоединился к основной колонне. На хутор вся немецкая «братва» втягивалась величаво. «Мерседес» фельдмаршала шел в середине.
Дорога к штабу проходила от меня метрах в ста – я успел разглядеть, что на заднем диване кто-то сидел. Фельдмаршал ли это – рассмотреть не удавалось, сумерки уже. Когда выйдет из машины – опознаю. Дальнейшее происходившее пронеслось как в тумане. Колонна остановилась возле штаба.
