Автор
Утро наивыsonianски прекрасное: огромная постель в окнах с видом на снежные елки и новогодние гирлянды, как в сказочном фильме. Я не могу поверить своим глазам — красота такого рода описана в книгах Снегурка в постели, но сейчас это уже реальность.
— А есть старая? — голос Макса звучал до того удивленно, что Гор с Виком только переглянулись понимающе.
Ну надо же, с какими щенятами дело приходится иметь! Не знают классику! Безумный Макс для них — Харди! Зашибись…"
"Вик не стал отвечать и засорять эфир. Многолетняя привычка, когда в засадах была одна частота и на этой частоте порой такое творилось… Люди от скуки и многочасового сидения на одном месте реально дурели. Анекдоты похабные, впечатления после секса с женщиной, отдельные, очень болезненные впечатления после секса на ковре у начальства… Пока руководитель операции не опомнится и не прекратит этот бред, много чего можно было услышать.
В его конторе, конечно, с этим делом было построже, да и гаджеты посовременней.
Но привычка — вторая натура.
Да и о чем разговаривать с наглым щенком, умудрившимся выбесить Вика еще до начала их сомнительной, очень опасной и совершенно незаконной операции?
Нет, правду говоря, Максим Курагин фишку просек сразу. И согласился решить вопрос, без каких-либо встречных предложений.
Видно, тоже счетик имелся к прокурорскому сынку.
Вик и Гор встретили Максима у ворот СИЗО, подхватили под локти и утащили в машину.
— Эй, да я уже все сказал, господа офицеры, блять! — ругался Курагин, правда, особо не сопротивляясь.
Хотя мог бы, тем двоим тварям он навалял капитально, один до сих пор в реанимации.
— Спокойно. Просто поговорим, — утешил Вик.
Гор ничего не сказал. Но удвоил скорость.
В конце концов, сейчас век цифровых технологий, кто угодно мог заснять интересную картину.
Отбрехивайся потом.
Они, конечно, по-максимуму проверились, но от идиота защиты, как правило, нет.
В машине не стали миндальничать, забрали телефон, обшмонали.
— Вот не понимаю я тебя, господин подполковник, — расстроенно обратился к Вику Курагин, — за что такая неблагодарность? Я жизнью рисковал, сестренку твою спасал… Как она, кстати? Спрашивала обо мне?
— Рот закрыл. — Хмуро ответил Вик, игнорируя наглые выпадки сосунка насчет Светы. И так еле сдерживался, потому что прекрасно помнил, как он ее тискал после успешного освобождения.
Твареныш наглый.
Он глянул на Гора, тот кивнул. И сделал предложение, от которого невозможно отказаться.
Курагин посерьезнел, подумал, посмотрел в окно.
— Так, давайте еще раз, а то мало ли, чего-то не так уясню. Мне надо будет на трассе отрезать тачку этого маньяка от двух тачек сопровождения. Потом подрезать и загнать в отбойник в указанном вами месте. Потом подождать вас.
