В северном городе Хивусе на фоне суровой зимы начинается авантюрное путешествие. Когда Гальяно предлагает друзьям отправиться на Север, их приключение оборачивается неожиданными событиями и скрытыми тайнами. Перед ними встает непрошеная гостья, добавляя интриги в уже напряженную ситуацию.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Снежить» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В северном городе Хивусе на фоне суровой зимы начинается авантюрное путешествие. Когда Гальяно предлагает друзьям отправиться на Север, их приключение оборачивается неожиданными событиями и скрытыми тайнами. Перед ними встает непрошеная гостья, добавляя интриги в уже напряженную ситуацию.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В северном городе Хивусе на фоне суровой зимы начинается авантюрное путешествие. Когда Гальяно предлагает друзьям отправиться на Север, их приключение оборачивается неожиданными событиями и скрытыми тайнами. Перед ними встает непрошеная гостья, добавляя интриги в уже напряженную ситуацию.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И когда Волков вернулся на свое место, посмотрела на Веселова. Во взгляде ее не было насмешки, только лишь любопытство и, кажется, удивление.
– Нам скоро выходить, – сказал Веселов, чтобы хоть что-то сказать и заполнить эту неловкость.
Она кивнула, помолчала немного, а потом добавила:
– Тебе не нужно бояться самолетов.
И откуда только догадалась! Вот он с берсерками уже почти пять лет летает, а никто так и не понял, не просек, какая у него фобия, а тут одного взгляда хватило, получается. Вдруг стало так стыдно, аж до жара внутри. Она просто видела его во всей неприглядности, ужас его видела. Он, здоровый, крепкий мужик, проявил слабость, а она увидела. На место стыда пришла злость. Веселов понимал, что это защитная реакция, но поделать с собой ничего не мог.
– Я не боюсь, – процедил он сквозь сжатые зубы.
– Теперь нет, – согласилась она. – И не будешь.
Захотелось сказать какую-нибудь грубость, и Веселов отвернулся, уставился в серую мглу за стеклом иллюминатора. Раньше он иллюминаторы всегда закрывал и без лишней надобности в них не смотрел, а сейчас вот посмотрел и, кроме злости, не почувствовал ничего: ни дрожи в коленках, ни противного холодка в хребте. Просто иллюминатор. Просто серая мгла за стеклом, а где-то далеко внизу – крошечные огоньки. Самолет пошел на посадку, и вестибулярный аппарат Волкова привычно напрягся. Он и сам напрягся, ожидая подвоха, ожидая не плавного снижения, а стремительного падения.
Не случилось падения. Пилот посадил самолет так мягко и так мастерски, что Веселов почти не почувствовал посадки. Легкий толчок не в счет. Особенно после того, что они пережили в воздухе.
Самолет еще катился по взлетной полосе, а они уже начали собираться, натягивать куртки и шапки. Волков паковал мажора. Тот был в сознании, но на происходящее реагировал вяло. Хорошо, что вяло, потому что, если бы снова начал буянить, Веселов бы ему врезал. Честное слово, врезал.
С Вероникой прощались тепло, как со старой знакомой. Гальяно даже выразил надежду, что они еще свидятся в Хивусе, Волков улыбнулся, а Чернов одобрительно кивнул. И только Веселов ничего не сказал, лишь молча протянул руку для прощального рукопожатия. Ее пальцы были привычно холодными. И когда только он успел привыкнуть?! Пожимал он их осторожно, не так, как в первый раз, и в вырез ее рубашки не смотрел. Принципиально!
Как же паршиво он себя чувствовал! Нет, не в физическом смысле – в моральном! Он знал причину, понимал, с чего вдруг весь этот душевный дискомфорт. Причина с безучастным видом сидела в кресле, смотрела невидящим взглядом прямо перед собой. А до этого орала, бесновалась и билась в корчах. Волкову тоже хотелось ударить. Кто бы знал, как сильно! Но он держался из последних сил, потому что понимал, чувствовал и свою вину тоже.
