– И ты всегда знал, что… – Я притихла, засомневавшись, можно ли произносить вслух то, что уже давно крутилось в голове после разговора на подобную тему.
– Всегда ли я хотел преподавать? – уточнил он, склонив голову набок.
Нолан, кажется, задумался над ответом.
– Я знал свои сильные стороны, но, когда начинал учебу, не имел ни малейшего представления, что делать со своей жизнью. Только через какое-то время я обнаружил то, чем по-настоящему захотел заниматься.
– Вот бы и со мной скоро это произошло, – отозвалась я, не прекращая думать о маме. Меня пронзила колющая боль. В голове отдавалось эхо ее отчаянных фраз, и на мгновение мне захотелось закрыть ладонями уши, хотя я знала, что это не поможет. Теперь, после произошедшего, при мыслях о будущем мне потребовалось вдвое больше смелости, чтобы найти следующие слова: – По-моему, мое призвание не в том, чтобы открыть литературное агентство. Это точно не так, как у Доун, которая явно должна писать книги. И точно не как твое призвание, чтобы быть преподавателем.
Его взгляд потеплел.
– Приятно слышать это от тебя.
На некоторое время между нами воцарилась тишина.
– Вера Вонг создала первое свадебное платье, когда ей было за сорок, – выдал он наконец.
Мне не удалось сдержать улыбку.
– Это первый пример, который пришел тебе в голову? Вера Вонг?
– Вообще мне вспомнилось примерно двадцать авторов, которые написали дебютный роман после сорока, но я подумал, что книги, наверное, неподходящий пример, раз тебе не слишком нравится изучать литературу.
– Мне нравится, – помедлив, произнесла я. – Я люблю книги. Просто пока не уверена, что хочу заниматься ими в будущем. Иногда я сомневаюсь, что у меня в принципе есть какое-то призвание, как у других людей. – Я думала о Блейке, Доун, Нолане и Кэти, которые точно знали, что хотят делать до конца своей жизни, и к тому же поняли это достаточно рано. Сравнивая себя с ними, я невольно задавалась вопросом, не допустила ли где-то ошибку.
Нолан взял меня за руку, выдергивая из раздумий.
– Многие находят свое истинное призвание гораздо позже, Эверли. В этом нет ничего плохого.
Я ответила на его взгляд. Внезапно сердце подскочило до самого горла. Мне кое-как удалось кивнуть. Взгляд опустился на его губы. Потом вернулся к глазам.
В этот момент Нолан встал. Стул громко скрипнул по полу, и напряжение, которое только что снова возникло между нами, развеялось. Он взял мои пустые тарелки и поставил в стопку на свои.