Автор
На даче трое соавторов: два молодых журналиста и один опытный редактор. Они размышляют о будущем своей тайно сотрудничественной работы, обсуждая сложности совместной работы и помогая друг другу пережить непростые времена. Свободная атмосфера дачи делает беседу открытой и доверительной....
- Вы даже это выяснили? - удивилась Настя.
- Да это-то как раз было самым простым. У меня в ""Нимфе"" за стойкой администратора сидит еще и охранник, он все слышит и на ус мотает. Из бывших ваших.
Одним словом, у меня не было никаких оснований подозревать, что ребенок не мой.
- И Елена потребовала, чтобы вы на ней женились, так?
- Ничего подобного. Она вообще ничего не требовала, а если бы я не спросил, почему она собирается увольняться, она бы и не сказала, что беременна. Просто, знаете, как-то все сошлось… Не знаю даже, как объяснить…"
"Вся агрессивность Сафронова куда-то улетучилась, сейчас перед Настей сидел не первой молодости мужчина, пытающийся сам для себя найти объяснение собственным поступкам.
- Я был дважды женат, но не хотел детей, и из-за этого мои браки распадались. Дети казались мне обузой, тяжким бременем, отнимающим силы, время и нервы от…
Он запнулся и беспомощно посмотрел на нее, словно прося подсказать нужное слово.
- От чего?
- От работы.
- Вы хотите сказать: от зарабатывания денег? - жестко уточнила Настя.
- Вы хотите ударить побольнее. - В голосе Сафронова она услышала горький упрек и признала, что он справедлив. - Но в целом вы правы. Я хотел заниматься бизнесом, у меня получалось далеко не все, несколько раз я оказывался в полном провале, потом поднимался и начинал все снова. Мне было интересно только это.
И вдруг, когда я узнал, что Лена ждет ребенка, во мне что-то переломилось… Я понял, что хочу этого ребенка.
Хочу, чтобы у меня была семья. И Лена тоже этого ребенка хочет, иначе сделала бы аборт. Так почему бы нам не пожениться и не растить нашего общего ребенка вместе?
- Как Елена отнеслась к вашему предложению?
- Она долго колебалась, а я долго уговаривал ее. Все относительно, конечно. Я уговаривал ее почти месяц, но мне казалось, что это очень долго.
Действительно, с усмешкой подумала Настя, ее Чистяков уговаривал зарегистрировать брак больше десяти лет, и ей это вовсе не казалось долгим.
- Егор Витальевич, простите мне мой вопрос, но я вынуждена его задать. Вы ведь не любили Елену? Вы просто хотели завести семью и иметь ребенка?
- Господи, да я сам не знаю, чего я в тот момент хотел! - Теперь в его голосе слышалось настоящее отчаяние. - Но поверьте, я очень хорошо к ней относился.
Она была умной, спокойной, ответственной. И очень красивой. Меня вполне устроило бы прожить рядом с ней многие годы.
