Автор
В ярком свете рассвета, девушка пахнет как цветы и фрукт необычный для его вкуса — он, Гарик, никогда их раньше не пробовал. Его лапки скребутся о бетон, а запах ее волос приводит в возбуждение. Он целует связанную девушку, наслаждаясь ее сладким запахом и тем, как она не может сопротивляться....
И с юзом так…
- А говорить?
Мужик, легко читая по налитым кровью глазам все наполеоновские планы Черного, усмехнулся.
- Давай, шкет, дыши. А потом про девочку мою расскажешь. Куда девал?
- Суууууу… - сумел выхрипеть Черный, которого посетило узнавание. Конечно, это же тот самый мудачина, что пытался утащить его Веснушку в свою тачку!
Как там его? Витя? Витя «Три звезды»?
Тварь конченная! Добрался-таки! Неужели, кто-то из окружения Ворона сдал? Запросто. Сам бы Ворон не стал. Ведь, понятное дело, что , если Черного найдет Витя, то вряд ли он сможет биться.
На кой это все?
Значит, просто кто-то решил подзаработать немного.
Бля, одни твари вокруг! Мрази!
- Вооот, - удовлетворенно протянул Витя, - уже связно начал говорить. Продолжай. Где девочка моя?
Его! Его девочка? Старый изврат! Какая его?
Ярость накрыла так сильно, что Черный даже дышать начал более-менее ровно. И говорить смог.
- Пошел ты нахрен, старый изврат! Она – моя, понятно! Моя девочка! И ты ее, сучара лагерная, никогда не найдешь! А если попробуешь еще тронуть, даже, сука, посмотреть на нее! Я тебя положу! Понял? И сяду! А если сдохну, то у нее дядя – мент.
"Тут Черный опять задохнулся и захрипел. Страшно кашляя и машинально группируясь. Потому что понимал: после таких слов его положат. Просто и незатейливо. Пристрелят или заточками уработают.
Но он еще поборется! Хрена с два! Твари лагерные с приемчиками своими подлыми! Даже в боях без правил таких ударов нет! Суки!
Но ударов, нападения, как ни странно, не было.
Сзади заржал Вася, громко и радостно.
А вот сам Витя выглядел слегка охеревшим. Или не слегка? У него рожа такая, бронебойная, хер поймешь…
- Витя, - Вася, судя по всему, смахивал слезы, - Витя… Мальчик-то решил, что ты с Ленком спишь!
Витя коротко глянул на Васю, тот заткнулся, как захлебнулся. Резко. Разом.
И наступила тишина.
Ездили машины, разбивая наст колесами, тонко постанывал вырубленный еще в самом начале беседы урка, сопел , пуская пузыри, Кирик.
В Витя, в глубокой задумчивости разглядывал Черного, явно ища слова.
- Охуел?
О, нашел слова. Подходящие.
- Шкет, Лена – моя дочь.
Че-го??? Какая, нахер, дочь?
- Какая, нахер, дочь??? У нее отца нет!
Черный не мог поверить, разглядывал Витю, машинально ища сходство с Веснушкой. И не находя, естественно.
