Ножки Ярославы взлетают вверх. Ударяют по моим кистям. Вздрагиваю. Взорвавшийся клубок ярких впечатлений по нутру горячими искрами осыпается. Будоражит. Разворачивает в груди сумасшедший ураган.
— Тихо, принцесса… Тихо, маленькая…
Захлёбываюсь воздухом, когда мои дрожащие ладони обхватывают маленькое тельце дочери.
— Я рядом. Иди к папке… — шепчу я сдавленным от волнения голосом. На глаза наворачиваются слёзы. Эмоции душу на части рвут…
— Ну, здравствуй, солнышко… — неловко поддерживая затылок, улыбаюсь ей, а затем аккуратно укладываю кричащий комочек себе на грудь.
От этого контакта дрожь по всему телу к ступням слетает. Огненной волной по позвоночнику проносится… И расслабляет… Не только меня, но и дочь.
Яра засовывает в рот кулачок. Принимается голодно посасывать его, да с такой силой и энтузиазмом, что аж причмокивает. Психует и ноет, хочет молока. По-детски возмущается. Обиженно ворчит. Требует свою маму обратно.
— Моя голодная девочка… Мой ангелочек… — прижимая доченьку к сердцу, качаю её. — Мама сейчас покормит. Ну потерпи чуть-чуть… Потерпи…
Целую пряную макушку и она притихает. Принимается клевать носом в рубашку на груди. Кряхтит. Ищет сосок. Божжже. По телу мурашки вихрем проносятся. Вдыхаю младенческий аромат и мгновенно пьянею. Снова впускаю этот запах в себя. Ещё раз и ещё. Вдох за вдохом схожу с ума. Умиротворяет. Щекочет нутро мягкими импульсами. Действует на мозг, вытесняя все негативные мысли, чувства и желания. Протаскивает душу через все круги рая.
Воистину непередаваемые ощущения. С роду таких не испытывал. Ни с кем не переживал…
* * *Поглаживая спинку Яры, подхожу к кроватке сына. Наблюдаю, как он спит.
Яня шумно наяривает соску во рту. Отчего-то вздрагивает. На маленьком щекастом личике расцветает ангельская улыбка. От этой мимишности душе становится тесно в груди. Рёбра распирает. Сердце не вмещает столько счастья за раз. Трещит по швам. Я снова собираю его по кускам в одно целое.
Сын… Ещё и сын!
Мать вашу, у меня есть сын!
Мой наследник.
Мой родной сын!
Несколько раз щёлкнув языком по соске, ребёнок продолжает мирно посапывать.
Испытав облегчение, я выдыхаю. Хотя бы Янис не капризничает. Он чуть покрупнее своей сестры и поспокойнее. Настоящий мужчина! Весь в меня.
Мимоходом бросаю взгляд на ванную. Маша всё ещё там. Как будто тянет время. Или нарочно пытается максимально долго тащить меня по раскаленным углям. Обжигаюсь, да. Душа и без того горит. Сожалею, что многое пропустил. Её беременность. Роды. Первый контакт с младенцами. Их первый крик…
Ловлю себя на том, что снова целую дочку в макушку. Это происходит автоматически. На инстинктах. Родное хочется целовать. Хочется прижимать к груди. Защищать.