В какой-то момент Алекс оборачивается и произносит:
— Олесь, можешь ехать. На сегодня всё.
Слава богу!
— Окей. — Она бодро соскакивает на пол, идет в ванную.
Я машинально провожаю взглядом полураздетую девицу. Не так-то и жарко в квартире, работает сплит.
Алекс возвращается и плюхается на диван. Приобнимает одной рукой, и я послушно двигаюсь ближе. Он отрывается от телефона и серьезно смотрит в глаза. Наши пальцы сплетаются, отчего сердечный ритм вдруг частит.
— Скучно, Ив? Мне нужно сделать еще пару звонков.
— Терпимо.
Он чуть сжимает мои пальцы, делаю ответный жест.
У Алекса мечта. Он работает. Помню. Продолжаю вслух:
— Переживаю, что мешаю тебе. Если да, то без обид уйду.
— Нет. Напротив, ловлю с тобой гиперфокус.
— Что ловишь? — улыбаюсь, не понимая.
— Стрессую.
Тепло разливается под кожей, я кокетливо приподнимаю брови, и Алекс чуть шире улыбается.
Дверь в ванную негромко хлопает, и появляется Олеся в коротком платье. Нахмурившись, по-хозяйски оглядывает гостиную. Вновь проверяет холодильник, задумчиво что-то бормочет себе под нос. Алекс в телефоне, а мне в его объятиях больше нечего делать — наблюдаю.
Наконец, Олеся подходит к нам. Моего присутствия не смущается, словно подобное для нее не редкость. Наверное, так и есть. Она работает с парнями, а у тех — подруги, жены. И все же как-то не по себе. Словно я в гостях у нее. И она меня не звала.
— Раф, еда в холодильнике, не забудь поесть, а?
Он кивает.
— Ну я тебе напишу еще. Так. Завтра в обед у тебя встреча с Мельниковым, постарайся не забить и проснуться. Вещи из химчистки тоже завтра привезу. Всё, пока.
Алекс делает движение рукой.
— Пока, — говорю я.
Олеся улыбается мне и наконец уходит.
— Твоя сестра? Так заботится, — выпускаю стрелы сарказма.
— Олеся? Нет, просто помощница. — говорит Алекс. Добавляет, усмехнувшись: — И живой ежедневник. Мне нужно провести еще пару онлайн-собеседований. Виктор отобрал людей, но я должен сам глянуть.
— В Австралии разве не ночь?
— Это в России. Но завод лень ехать.
— Хорошо, валяй. Я уже поняла, что ты занят. В следующий раз попробую записываться через «ежедневник», — иронизирую, но он никак не комментирует, принимая за шутку.
Обнимает крепче, сильнее прижимая к себе. Поначалу хочу отстраниться, но затем вдруг… расслабляюсь. А когда обнимаю в ответ, кончики пальцев слегка покалывает. Ну как можно быть таким физически приятным?
Пульс тут же ускоряется. Алекс устраивается на диване удобнее, в одной руке держит телефон, второй — поглаживает мое колено. Мы в обнимку постепенно укладываемся. Он вытягивается, я рядом, устраиваюсь на его груди.
У Алекса татуировка в виде розы! Это определенно дурной знак, но от близости его изуродованного рисунками тела дофамин уже впрыскивается в кровь.