Столько про них слышал, и ни разу не был. Минут пятнадцать просто летел, а потом врубил режим «Турбо».
Рим поморщился, и сказал:
— Фаэт же просил не пользоваться этим режимом.
— Да, — кивнул, соглашаясь Марат, — просил, но не приказывал.
— Ну и как эффект от полета?
— Ну, — замялся Марат, — удовольствие, конечно, ниже среднего. Почему-то эта хрень, «Турбо» выдает в мгновенье ока… то есть, не разгоняется, а сразу — херак! И в этот момент, конечно, чувствуешь себя не очень. А краснота с морды быстро сойдет. Просто назад, я тоже на «Турбо» рванул. В общем, вынести вполне можно, если вдруг приспичит.
— Ладно, разобрались. Дальше, что с кораблем?
— Трехмачтовый кораблик, побольше нашей каравеллы. Паруса ободраны, больше половины — просто нет. Одна мачта сломана. Народу на палубе ровно двадцать пять человек. И, еще внизу двадцать два.
— Они тебя заметили?
— Нет. Мне автопилот доложил. Я бы и сам их не увидел.
— А с чего ты решил, что он пиратский?
— Так система капсулы сообщила.
Цинк, который до этого времени в разговор не вмешивался, заявил:
— Чет я нихера, братцы, не понимаю… а как же факты из истории? Ну, вот это вот все: Колумб, три корабля, ремонтировались на каком-то острове… первооткрыватели…?
— Ну, во-первых, — спокойно ответил Разумовский, — официальная история — та еще проститутка. Если ты не забыл, то историю пишут победители. Во-вторых… Марат, а сколько система насчитала кораблю до Багам?
— Около трехсот восьмидесяти километров.
— Ну, так вот, во-первых, они могут не доплыть, а потонуть. Примерно так километров за сто до острова. Во-вторых, эти граждане могут быть чем-то больны и просто помереть, вместе с половиной Багам. И не сохранится никаких сведений.
— А в-третьих? — поинтересовался Цинк.
— А в-третьих, на пути у этого корабля можем оказаться мы. И ни до каких Багам они просто не доплывут.
— Видишь ли, Рим, — вмешался Марат, — система считает, что у них в трюме пленные. Как-то она корабль просвечивала.
— Ну, охренеть система у капсулы… а много?
— Около двадцати человек.
— Теоретически, можно будет оставить этот корабль на волю судьбы, а практически…
Кадровые военные, каждому из которых приходилось принимать участие в освобождении заложников, особо даже думать не стали.
С утра в сторону неизвестного судна вылетели три капсулы. Минут через двадцать, аккуратно отставая от них, в воздух поднялась четвертая: Фифа не усидела на месте.
