— Рим, чет он жидкий какой-то прямо, — недовольно сказал Бык на русском.
— Да боится он просто, Вась. Что вы к нему прицепились? — заступилась Анжела.
— Тихо вы! — цыкнул на них Андрей и обратился к жрецу, — Назови свое имя.
— Куикстли, о, Великий, — кланяясь и дрожа, ответил мужик.
— Сейчас, ты, Куикстли, вернешься и приведешь ко мне верховного жреца. Передай, чтоб поторопился. Я желаю разговаривать с ним.
Подобрав длинную одежду, перепуганный жрец кинулся куда-то в темноту. Оставалось только ждать.
От скуки бойцы шарили фонариками по окрестностям, и лучи выхватывали метрах в тридцати то угол какого-то богатого дома, то пяток плодовых деревьев, посаженных кругом, то широкую каменную скамью, покрытую довольно сложно резьбой.
Ждать пришлось долго, и уставшие бойцы начали тихонько переговариваться.
— Рим, может, поднять этих бедолаг? Сколько они на земле будут валяться? — сочувственно спросил Кот.
— Пусть валяются. Больше страха им сейчас, меньше геморроя нам потом, — одернул Кота Цинк и добавил, — Ну, вообще-то начальство здесь, смотрю, весьма не расторопное. Их все-таки боги ждут, а не хрен с горы.
Процессию, идущую от храма, увидели все почти одновременно. Окруженная парой десятков горящих факелов, которые несли богато одетые подростки лет пятнадцати-шестнадцати, как мальчики, так и девочки, двигалась группа из пяти человек.
Никто из них не страдал от истощения, но ни в одном из них не было ничего похожего на крепость тела Ксена. Это были пухловатые, даже рыхлые мужики, разодетые во все цвета радуги и несущие на себе золота больше, чем Разумовский видел за всю жизнь. Кроме приличествующих жрецам браслетов присутствовали огромные ожерелья, усыпанные камнями и чем-то напоминающие египетские воротники. Длинные волосы, обильно смазанные маслом, придавлены тяжелыми золотыми венцами.
Идущий первым опирался на широченный раззолоченный посох. У остальных посохи были значительно ниже и еле доставали им до плеча. Зато у первого это было что-то совершенно грандиозное: на конце покрытой золотом двухметровой палки был укреплен довольно интересный предмет — идеально ровный шар сантиметров пятнадцать в диаметре, тускло светящийся голубым.
— Охренеть, — Бык даже присвистнул от удивления, — Это что же у них такое?
— Например, краска из каких-то святящихся водорослей, — заявила Анжела.
На что Цинк ответил:
— Нет. Смотри, он изнутри светится, да и для краски — слишком ровно.
