Крейг оказался идиотом, но как бы развернулись события, найди он более деликатный подход? Неужели ты сочла бы тайный поцелуй под покровом ночи недопустимым? Разве ты не этого хотела в глубине души?
Она высвободила подбородок из его пальцев со словами:
— Единственный человек, чьи прикосновения мне еще более неприятны по сравнению с Крейгом, — это ты!
Какой оскорбительный портрет он нарисовал! Сексуально не удовлетворенная самка, отчаявшаяся в поисках мужского внимания. Кровь Анны мгновенно вскипела.
По иронии судьбы, в целом мире ей нужен только один мужчина — Этьен.
— Как смело! — ухмыльнулся он.
По зрелом размышлении Анна бы логически заключила, что загнала в угол его мужское «эго» и его реакция была бы тем самым предрешена. Логика не пришла ей на помощь вовремя.
Это было совсем не похоже на воображаемые поцелуи. Образ нельзя осязать, он лишен тепла и вкуса. Тело Анны буквально таяло от нахлынувшего бездумного чувственного наслаждения.
Ее губы непроизвольно раскрылись под напором его губ, но через минуту Этьен отпрянул от нее.
Анна была совершенно ошеломлена. Она оцепенела. Голова странно кружилась. Тыльной стороной ладони она прикоснулась к своим горящим губам, взглянула ему в лицо. Ее глаза все еще были затуманены. Происшедшее доставило Анне удовольствие, в то время как Этьен выглядел совершенно оглушенным собственным поступком.
— Что за ребячество я себе позволяю! — Этьен вернул свой невозмутимый имидж с обидной легкостью — поправил золотые запонки и спокойно одернул изысканный галстук.
— Мне кажется, ты ждешь, чтобы я извинился.
По упрямому, замкнутому выражению его лица она заключила, что вряд ли дождется извинений.
— Почему? Мне понравилось.
— О Господи! — воскликнул Этьен. Его поза стала более расслабленной, когда он обнаружил, что она исследует его губы с мечтательным любопытством.
Это восклицание с некоторым запозданием привело Анну в себя.
Она прикусила язык и почувствовала, как нестерпимо горячий румянец заливает ее шею и лицо.
— Я думала, поцелуй — это просто…
— …поцелуй, — подсказал он.
— Точно, — кивнула Анна. Такая перемена подвигла ее позволить себе еще немного лишнего: — По-моему, нам не следует обсуждать то, что произошло.
— Ты сама захотела.
Анна нахмурилась, не доверяя его лицу, внезапно обретшему невинное выражение.
— Просто ты потерял над собой контроль.
