Анна надула губы и посмотрела на него из-под полуопущенных век.
— Я еще не придумала. Миранда не танцует?
— Ты пьяна!
— Я выпила всего лишь два бокала вина, хотя ощущение такое, будто гораздо больше, — призналась она, когда ей показалось, будто комната закружилась.
— Мы можем уйти отсюда.
— Тебе за меня стыдно? — Анна остановилась как вкопанная и приложила ладонь ко лбу. — Мне нехорошо.
Над верхней губой выступили капельки пота.
— Этьен, дорогой, — обеспокоенно сказала Фей, подойдя к нему, — Дрю говорит, что Анна немного нервничает.
— Фей, я не пьяная. Объясни, пожалуйста, Этьену.
— Это я виновата.
— Мама, прошу тебя, не вмешивайся, — жестко ответил Этьен.
— Видишь ли, сегодня днем я дала ей антигистаминный препарат против пчелиного укуса и не предупредила, что он плохо сочетается с алкоголем.
Этьен зажмурился и тихо, но отчетливо выругался.
— Думаю, нам следует уйти.
— Это ты так думаешь. — Анна сопроводила фразу указующим движением пальца. Она освободилась из его объятий, но ее колени подогнулись.
— О, дорогой! — прошептала она.
Этьен подхватил Анну, но прежде, чем он вынес ее из комнаты, она успела спросить его так громко, что услышали все:
— По пятницам ты проводишь ночь с Мирандой?
Глава шестая
— Как ты себя чувствуешь?
— Прекрасно, если не считать головной боли и тошноты. Кто раздел меня? — Анна почувствовала, как прогнулась кровать, когда Этьен присел рядом с ней.
— Я.
— Наверное, ты находился здесь, когда меня тошнило. Как это противно!
— Ничего-ничего.
— О Боже! — простонала она.
— Умереть бы.
— Ты это уже говорила. Но после нескольких часов сна жизнь обычно кажется более привлекательной.
Анна промолчала.
Ей однажды уже пришлось испытать на себе силу его гнева и презрения. Как бы ей хотелось вычеркнуть этот эпизод из памяти! Но она помнила в подробностях каждую гневную фразу. Возможно, впредь ей придется появляться в обществе не иначе как с мешком на голове. Разговоры о пьяной безмозглой жене Этьена Кемпа не скоро улягутся среди юридической элиты.
Сама мысль об этом бросила ее в холодный пот. Она поставила его в неловкое положение и оскорбила перед коллегами и друзьями. Как он должен проклинать тот день, когда женился на ней! Из-под ее опущенных век по щекам потекли слезы."
"Когда Анна проснулась вновь, она чувствовала себя значительно лучше. Правда, оставались одурь и неприятное ощущение в желудке, но в остальном все вернулось к нормальному состоянию. Она поднялась в кровати и вздохнула полной грудью.
