Автор
Внутри теплая комната застывала под морозом. Ева сжималась в моих объятиях, Алиса — маленькая принцесса из сказки, замерев от холода, едва дыша через придушенные ноздри. Я пытался согреть ее теплою дыханием, но сам окоченелый, как и все вокруг.
– Меня интересовала девочка. Ребенок был в розовом комбинезоне, – чувствуя досаду от того, что заставил своего сотрудника заниматься ерундой, отозвался он. – И, знаешь, ты прав: я просто обознался. Давай закроем эту тему с Евой Новицкой раз и навсегда.
– Девочка с такой фамилией только одна, – продолжал монотонно докладывать Ахмет. – Она новенькая, прибыла от сотрудников медицинского центра имени Остапенко.
Горло перехватило странным спазмом, и Аслан перестал дышать.
– Остапенко, говоришь? – хрипло переспросил он.
– Предвосхищая твой вопрос, отчитываюсь: на ресепшене наотрез отказались давать информацию о сотрудниках.
– Твою ж мать! – напряженно поглаживая гладко выбритый подбородок и чувствуя, как рушится с таким трудом восстановленный покой в душе, выдохнул Тураев.
Глава 7. Ева
– Ох, и не нравится мне твой лобик…
Понедельник. Шесть часов утра, а я хлопочу у постели Алисы. Держу электронный градусник у нее под мышкой, нервничаю. И так все ясно: мой ребенок горит.
Вот только, что мне делать, не ясно. У меня сегодня полный рабочий день. И больничный взять проблематично: всем нужен доктор. Детей болеет видимо-невидимо.
Слышится сигнал градусника, достаю и с печалью констатирую: тридцать восемь и пять.
Глажу Алису по растрепанным волосикам, целую в лобик. Мое сокровище, моя дочка! Все, что у меня осталось на память от Аслана.
– Полежи немного под одеялом, я схожу на кухню за лекарством, – шепчу малышке. Сую ей в ручки тряпичного зайку, запахиваю поплотнее теплый халат, нащупываю тапочки и торопливо спускаюсь вниз по лестнице.
На кухне у окна заметила брата. Олег стоял с чашкой крепкого чая и задумчиво рассматривал морозные узоры на стекле.
– Ты что встала так рано, Ева? – обернулся на мои торопливые шаги он.
– А ты? – отвечая вопросом на вопрос, я открыла ящик, в котором у нас всегда хранились лекарства.
Олег вздохнул.
– Не спится. Все думаю, зачем нам такой большой дом? Здесь и тепла нет толком зимой.
Найдя жаропонижающий сироп, я отмерила нужную дозу в мерном стаканчике.
– А почему после смерти отца вы с Наташей его не продали? – поинтересовалась у брата."
"– Наташе нравился дом.
