— Деликатно даже, — добавил он. — Чтобы не спугнуть, чтобы не навредить и не разрушить хрупкий баланс. Понимаешь? Не как слон в посудной лавке.
— А разве мы не должны вычислить всех, кто стоит за этим синдикатом? — удивился я.
— Сначала ментов. Твоя первая задача — это менты. Не забывай.
— Не забуду. А мы, кстати, далеко ли путь держим, Алексей Михайлович?
— Идём по проторённым маршрутам. Сейчас едем на наш аэродром.
— Надеюсь, окажусь не в Анголе, — усмехнулся я.
— А это, брат, как повезёт, — подыграл мне он.
Во Фрунзе я прилетел на транспортнике. Всё новое на деле оказывалось забытым старым. В этот раз в салоне было не так свободно, и лететь пришлось не так долго. Интересно, что могло помешать Грабовскому гонять вот такие самолётики, битком забитыми наркотой? В принципе, ничего. Можно и оружием и ещё чем-нибудь высокомаржинальным. Белокурыми наложницами, например.
Из аэропорта я поехал в Дом быта. Сел на такси и направился к парикмахеру.
— Моисей Аргенович, подравняете? — усмехнулся я, усаживаясь в кресло.
— Опять подравняете? — закатил он глаза. — Откуда это чудовищное слово? Вы что, хотите быть, как все? Чтобы я сделал вас равным с другими? Каждая моя стрижка, вообще-то уникальна. Подравнять…
— Моисей Аргенович, — покачал я головой. — А вам сколько лет?
— Что? — удивился он. — Так ведь каждый год по-разному…
— Понятно… — засмеялся я, — просто уточнить захотелось.
Пока он-таки подравнивал мою шевелюру, появился Шумахер. Расплатившись по прейскуранту я, отправился с ним смотреть квартиру.
— Нашлась новая, совершеннейшая конфетка, — объяснял мне мой личный гонщик, пришпоривая свой запорожец. — Сейчас посмотрите. Две комнаты, новый дом, в самом центре. Там вся верхушка партийная живёт республиканская, представляете какие возможности? Просто сумасшедшие. Можете с большими людьми познакомиться, с настоящими тузами бубей.
Хата оказалась действительно хорошей. Изолированные комнаты, просторная кухня, импортная сантехника, на полу паркет, в ванной — кафель.
— Мебель, как видите, тоже хорошая, всё новое. По большей части импортное. Телефон вот. Для конфиденциальных звонков не годится, но для срочных случаев — вполне даже. Берёте? Цена, конечно, довольно высокая по нашим меркам, зато будете жить, как король среди королей.
— И какова же цена, Иван Арсеньевич? — поинтересовался я.
— Двести рэ, — сгорая от стыда, проговорил он и зажмурился.
— Хорошо. Вот за два месяца.
Я отсчитал шестнадцать четвертных билетов и добавил ещё два.
— И немножечко на бензин."
"— Премного благодарен, — довольно улыбнулся Шумахер. — И готов выезжать на задание любой степени сложности. Хоть на южный полюс. Домчу в лучшем виде.
— Буду иметь в виду, — усмехнулся я и снял трубку телефона.
Я набрал номер.