Герой возвращается в Советский Союз 1977 года, где его ждут опасные интриги: заговоры КГБ, тайные общества и коварные агентки. Запутанная сеть загадок и тайн разворачивается перед ним среди атмосферы позднего СССР, где нужно разобраться, кому доверять и как выжить в этом опасном лабиринте.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Союз-77. Книга 2. Мы одной крови» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Герой возвращается в Советский Союз 1977 года, где его ждут опасные интриги: заговоры КГБ, тайные общества и коварные агентки. Запутанная сеть загадок и тайн разворачивается перед ним среди атмосферы позднего СССР, где нужно разобраться, кому доверять и как выжить в этом опасном лабиринте.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой возвращается в Советский Союз 1977 года, где его ждут опасные интриги: заговоры КГБ, тайные общества и коварные агентки. Запутанная сеть загадок и тайн разворачивается перед ним среди атмосферы позднего СССР, где нужно разобраться, кому доверять и как выжить в этом опасном лабиринте.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Силён…
— Вы живёте в Москве?
— Да, в Москве, — согласился я и едва сдержался, чтобы не сказать «граф».
Хотя он как раз был не графом, а принцем. Но, всё равно. Ну как дела, граф? Не достают ли крепостные?
— В любом случае, — продолжил он, — я хочу, чтобы вы знали, что всегда можете рассчитывать на поддержку. Мою и поддержку всех присутствующих здесь. Мы с вами одной крови, как говорится в одной не самой простой сказке. И в наш век это дорогого стоит. Ведь мы вопреки современным нравам и повсеместному либерализму и даже социализму, остаёмся именно на той высоте, которую предназначил нам Господь Бог.
Он ещё поболтал минут десять в таком же высокопарном духе, а потом отправил Джорджио знакомить меня со своими друзьями, банкирами, пивоварами, ювелирами и прочими королями сегодняшней жизни.
Джорджио оказался сыном дисциплинированным и подвёл меня практически каждому из присутствующих. Надо отдать должное его широкому кругозору и невероятной памяти — почти всех он помнил по именам. Были там далеко не только итальянцы — целая куча французов, англичан и американцев. Попадались испанцы и даже одна португалка, по имени Дориш.
— Ну, теперь-то мы точно можем идти, — заявил я, когда примерно часа через полтора после начала концерта Боуи я, вырвавшись из гостеприимных рук Джорджио, нашёл Дориш и Хакана. — Я познакомился со всеми, — сказал я Хакану. — Вообще со всеми.
— И как тебе?
— Прекрасно. Теперь мне есть на кого опереться.
— Опереться? — переспросила Дориш.
— Ну да, я планирую произвести монархическую революцию в России. И здесь я нашёл большое количество энтузиастов, готовых финансировать или, по крайней мере, поддерживать морально мои усилия.
Дориш засмеялась:
— Монархическая революция — это оксюморон.
— Посмотрим, — ответил я, взглянув на Хакана.
Тот хранил непроницаемый вид.
— Ну что же, — Заявила Дориш. — Значит, можем возвращаться в гостиницу?
— Да-да, — подтвердил я. — Все съедено, все выпито, все песни спеты.
— О нет, — кокетливо улыбнулась Дориш. — Было бы желание остаться. Песни ещё далеко не все закончились. И другие развлечения тоже. Будет ещё кое-что интересное.
— Даже боюсь представить, — покачал я головой. — Лучше, наверное, мне и не знать.
Дориш игриво засмеялась.
— Я отойду на одну минуту, — сказал Хакан. — Подождите меня здесь, пожалуйста.
Он ушёл, вероятно, в уборную. Или дать кому-то сигнал, передать распоряжение, сделать звонок, кто его знает.
Дориш встала на цыпочки, прильнула ко мне, дотянулась до моего уха и прошептала:
— Не будем его ждать. Зачем нам Хакан? Поговорим тет-а-тет."
"— Действительно, — усмехнулся я. — Третий, как известно, в таких делах лишний.
— Как правило, — подтвердила Дориш и засмеялась. — Как правило, лишний. В конце концов, он и сам доберётся.
