Герой возвращается в Советский Союз 1977 года, где его ждут опасные интриги: заговоры КГБ, тайные общества и коварные агентки. Запутанная сеть загадок и тайн разворачивается перед ним среди атмосферы позднего СССР, где нужно разобраться, кому доверять и как выжить в этом опасном лабиринте.
— Чтобы познакомиться поближе.
— О, быка за рога, — засмеялась она. — Ну, конечно, да. Почему бы не поговорить, а можно и потанцевать.
В это время как раз звучала довольно громкая музыка.
— И хорошенько выпить шампанского, — закончила свою мысль Дориш и облизала губы, как это делают обольстительницы в кинофильмах.
— Поговорить, — сказал Хакан, — это отличная идея, это прямо то, что нам нужно. Но только, наверное, не прямо сейчас. Здесь, честно говоря, не самое подходящее место для деловых разговоров.
— Пожалуй, — повела острыми плечами Дориш, — я совершенно не настаиваю на том, чтобы мы оставались здесь. Думаю, мы вполне можем отправиться куда-то в более подходящее место.
— Ну что же, наверное, мы можем вернуться в гостиницу, — ответил я.
— Думаю, — возразил Хакан, — уходить отсюда ещё рано. Неплохо было бы познакомиться с какими-то интересными людьми.
— Кажется, самые интересные люди уже оказались в фокусе нашего внимания, — подлил я масла в разгоравшийся внутри Дориш огонёк."
"Она, откинув голову и, поведя виртуозно, чуть небрежно и невероятно элегантно заколотыми волосами, засмеялась низким грудным голосом. И, конечно, в тот же миг я вспомнил низкое звёздное небо Африки, озеро, окутанное таинственной мглой, и блеск её глаз в ту единственную ночь, которую мы провели в племени Химба.
— Грегорио! — раздался позади меня радостный возглас.
Я повернулся и увидел подходящего к нам Джорджио Паллавичини.
— Пойдём, мой друг, я хочу представить тебя своему отцу! — воскликнул он. — Дамы, господа, прошу прощения, я украду у вас брата Грегорио на несколько минут.
Он безо всяких церемоний взял меня под руку и потащил по анфиладам комнат, богато украшенных залов с лепниной, резьбой, золотом, с древними портретами семейства Паллавичини, с которых взирали рыцари и прекрасные дамы.
В большом зале с огромной люстрой из муранского стекла, стоившей целое состояние, находилось несколько немолодых уже людей. Здесь были джентльмены в смокингах и дамы в вечерних платьях.
— Папа! — подошёл к высокому седовласому старцу Джорджио. — Я хотел представить тебе этого молодого человека. Это наш брат Грегорио Первый, о котором я тебе рассказывал.
Папина спутница, похожая на немолодую Маргарет Тэтчер, и все остальные присутствующие повернулись в мою сторону. Они перестали смеяться, и лица их сделались серьёзными. Паллавичини-старший поставил бокал шампанского на большой круглый стол, уставленный всевозможными яствами и протянул мне руку. Сухую, длинную и сильную.
