В плену опасности: Ивашко готовится к устранению главного героя, в то время как Весёлкин нацеливает группу захвата прямо на братьев лесных. Ситуация остро взвешивается между доверием и тревогой: главный герой понимает важность действий, но страх не покидал его.
Я пожал плечами, подошёл к нарам в дальнем углу камеры и положил матрас на второй ярус. Возможно, над шконкой местного пахана.
— Султанчик, — цыкнул зубом седой. — Иди объясни этой ёлочке зелёной, где его место. Много берёт на себя.
Узбек молча поставил кружку и поднялся. Усталым взглядом смерил меня и подошёл ближе. Низкорослый, кривоногий, но жилистый и мощный. Силушка имелась. Может, и спорт какой-нибудь, бокс или борьба были в бэкграунде, так сказать. Он встал напротив меня и медленно покрутил головой, разминая шею.
— Что же вы беспредельничаете? — миролюбиво, но твёрдо спросил я, ощущая знакомое чувство в груди. — Смотрящему не понравится.
Сердце перешло на повышенные обороты, засосало под ложечкой, а по затылку побежали мурашки. Херово. Херово. Но ладно, дёшево не дамся…
— Ага, — заржал Метла, — и Фадею тоже не понравится.
И в этот момент Султан нанёс удар. Растяжечка у него оказалась очень даже ничего, вандаммовская.
Султан провернулся на одной ноге, как циркуль, и подставил спину. И тут же получил, вырубающий удар в позвоночник. Он дёрнулся, выгибаясь вперёд, а я шарахнул ладонями, сложенными лодочками ему по ушам.
На самом деле, прошло меньше двух секунд. Дыщ! Дыщ! Дыщ! И на глазах изумлённой публики фаворит сезона был моментально, безо всякой борьбы повержен, а из ушей его потекли тонкие струйки крови. У Метлы вылезли глаза из орбит и отвисла челюсть.
— Ты чего-то там предъявлял, малой? — кивнул ему я. — Намёки делал? Давай, обоснуй, если сможешь.
Метла зазаикался и беспомощно посмотрел на Гапона. Но тот застыл и молча наблюдал. Пузатый громила вскочил, но седой сделал короткий резкий жест, и тот нехотя опустился на своё место.
— Нет обоснования? — понимающе кивнул я.
— А чё… а чё я сказал-то⁈
Я просто рубанул ему по шее, и он, как сноп грохнулся на пол.
— Ладно-ладно, — нахмурился Гапон. — Ты чего разошёлся-то? Ну да, пацаны мальца попутали берега. Но они же по-свойски. Успокойся, всё, никто тебя не тронет. Живи мужиком, нормалёк, братан. Присядь, чё ты. В ногах правды нет. Чифирнёшь с нами?
Я присел.
