В живописной домовой усадьбе на необитаемом острове начинается семейная идиллия, но не всем это нравится — Инге приходится работать еще больше, чтобы соблюсти баланс между хозяйственными заботами и душевным спокойствием дома.
— Полотно на историческую тему, — сказал Смолин. — «Допрос провокатора подпольщиками». Вроде бы имеется подобный сюжет в героико-революционной живописи, а если и нет — хрен с ним, перебьемся…
— Вася, что ты с ним цацкаешься? — недовольно сказал Глыба. — Дай-ка я ему по организму залеплю, чтобы видел ситуацию…
— Не надо, — серьезно сказал Смолин. — Синяки, ежели что, нам совершенно ни к чему.
— Да вы что, охренели совсем? — взвыл Леша, которым циничный Шварц вытирал пыль с джипа. — Что за дела?
— Я же сказал, чадушко, — усмехнулся Смолин.
— Я-то тут при чем? Врубель растрепал, сам говорил, у него опять полон магазин неизвестно кого…
Высоко над лесом стояла полная беловато-желтая луна, светло было, хоть иголки собирай, и Смолин прекрасно рассмотрел, как забегали глазки у Леши. А что голос предательски дрожал, сразу было слышно… Смолин сказал, все так же усмехаясь:
— Я вообще-то не против высшего образования, дело полезное… но не всякому.
— Да я ничего…
— Ты что, совсем дурак? — брезгливо поморщился Смолин.
