Но тогда можно было валить все на непрофессиональность «егеря» – пусть долго не спит! За что он деньги получает?
Теперь и валить было не на кого, да и объяснять ему, где был, что делал, обеспечивать себе алиби было невозможно. Правду сказать нельзя, а кривду генерал проверять не станет – слишком торопится. Видимо, ссуду взял большую, на короткий срок и огромный процент. Были бы у него факты или точная информация, он бы не тронул сейчас, а наблюдал бы каждый шаг. Но вся беда в том, что генерал со своей Службой не может контролировать Мамонта. Что-то не получается у «нелегалов», привыкших работать в «цивилизованных» странах. Потому и решил давить.
– И еще! – продолжил Тарасов после паузы. – Объясни мне: что за странное отношение местной власти к тебе? То выписывают ордер на арест и арестовывают, то ты после побега вдруг спокойно разгуливаешь по поселку и заходишь в дом к участковому. А он тебя и пальцем не трогает! Как это ты его приручил? Только не ври, что через дочку его! В зятья он брать тебя не хочет… Ну, Мамонт?
– Да, генерал, много чего ты наковырял, но все впустую. – Русинов пошевелился, разгоняя кровь. – Не на ту лошадь поставил. Я к финишу не приду. Мой тебе совет: отдавай назад ссуду, пока не растратил, распускай гвардию и займись другим делом.
– Это все? – спросил Тарасов спокойно.
– Нет, не все… В прошлом году у вас пропал человек. Я его нынче видел… Зрелище страшное. Так вот, я не хочу обрастать шерстью и потому ухожу. Если ты хочешь – продолжай. Через год тебя отловят как снежного человека.
Генерал не спеша подошел к двери, постучал. Через секунду в вагончик вошел порученец.
– Ты же, кажется, фельдшер по образованию? – спросил его генерал.
– Так точно, – по-военному ответил тот.
– Отведи Мамонта в лазарет, посмотри. По-моему, у него что-то с головой.
Порученец достал откуда-то с полки резиновую дубинку, ткнул Русинова в плечо:
– Пойдем посмотрим, что у тебя с головой.
Русинов ощутил холод в солнечном сплетении – точно такой же, как в пещере, прежде чем перешагнуть через зловещий порог…
С аэродрома Иван Сергеевич сразу же пошел к Варбергу в номер. Ученый-швед сидел за компьютером – рылся в памяти машины.
– Иван Сергеевич? – удивился он, поскольку тот никогда не бывал у него и даже в крыло особняка не заходил, где были апартаменты шведов.
Иван Сергеевич без приглашения сел в кресло с таким видом, будто случилось непоправимое. Варберг встревожился, выключил компьютер и подкатил другое кресло поближе. Вопросов не задавал – ждал терпеливо.
– Плохо дело, – наконец проронил Иван Сергеевич. – Мамонт практически в невменяемом состоянии.
– Вы его видели? – настороженно спросил Варберг. – Вы нашли его?
Иван Сергеевич выдержал паузу.
– Да… Нашел.