К тому же из кого создавать? Опять из отставных генералов, уволенных оперуполномоченных КГБ, контрразведки – то есть опять же из тех людей, которые могут очень просто найти общий язык со своими коллегами. Возникнет такая неразбериха, такая двойственность положения, что перестанешь доверять самому себе. Это же непредсказуемая Россия и загадочный русский характер! Найти контакт с Савельевым, приблизить его, завязать какими-то отношениями, общими делами и в результате со временем подчинить себе взбунтовавшегося монстра – это лучше, чем ждать взрывов снарядов, подложенных в особняк, летать над землей с замирающим сердцем, что в тебя выпустят магазин патронов из-за какого-нибудь останца. Можно сказать, Иван Сергеевич, таким образом, нашел соломоново решение, и нет тут никакого предательства интересов фирмы. Шведы – люди опытные и умные, должны были понять.
Другое дело было с Августой. Если Савельев выдаст ее либо случайно проговорится на допросе – шведы ее не пощадят. Ей будет невозможно найти оправдание самой. Единственное средство спасти ее – взять все на себя, обнаглеть до предела и утверждать, что он, Иван Сергеевич, заставлял Августу искать контакты с Савельевым и, когда нашел, приказывал ей доставлять информацию «туда и обратно». Шведы могут поверить в его, Ивана Сергеевича, откровенность, могут согласиться, что это была необходимость – сделать из Августы посредника, однако саму Августу не простят, потому что она обязана была немедленно донести о всех действиях и Афанасьева, и Савельева. Она не донесла хозяевам, а это уже чистое предательство. Раскрытое двуличие разведчика – верное суровое наказание вплоть до смерти: даже в небольшом городке каждый день случается до десятка автокатастроф…
Она же была спокойна, будто ничего не случилось! Он уговаривал Августу выработать вместе легенду своего поведения, чтобы не было разнотолков и разногласий, зачитывал ей шепотом куски из протокола, кажущиеся ему опасными для нее; она же сначала лишь смеялась, успокаивала его, гладила по ершистой голове, а к утру отобрала бумаги и подожгла их в камине. Потом достала коробку и стала показывать ему слайды на фоне потолка…
Кажется, это было путешествие по гористой пустыне Ирана или Ирака: лошади, верблюды, стремительные джейраны и ослепительно белое солнце.
Они еще оба не подозревали, что их ждет утром… Утром же вместе с чашкой кофе она принесла известие, которое на миг шокировало Ивана Сергеевича. Августа же по-прежнему проявляла хладнокровие и выдержку.
– Ваня, молчи пока об этом. Шведы ничего не знают… Ночью неизвестными людьми был захвачен Мамонт и увезен в неизвестном направлении!
Если шведы не знали об этом, откуда же узнала Августа?! Она предугадала его вопрос.
– Не спрашивай, Ваня.